Кукла

Хороша Ульяна была. Не девка- загляденье! Высокая, статная, косища толщиной с руку. А уж на лицо красавица, каких поискать. Ну и, конечно, на абы кого не смотрела. В женихи выбрала самого красивого парня- Павла. Правда, не со своей, а с соседней деревни.

Поговаривали кумушки, что в Павла, в его родной деревни -то, была одна девица влюблена, Настасья, и хоть молодец ей взаимностью не отвечал, но она всё одно мечтала, что сможет его под венец свести.
Ну, то толки, кто ж на них внимание обращает. Вот и Ульяна значения не придала. Мало ли ,кто в кого влюблён. Не муж в конце концов! Семью, чай, не разбивает.

Ко времени сыграли Уля с Павлом свадьбу. Без шика, без многолюдства. Самые родные, почитай, и были. Идёт застолье, жена с мужем рука об руку, целуются, милуются, в глазах счастье светится.
Веселятся, по сторонам не глядят, да и чего смотреть на сторону, когда самое желанное перед тобой сидит!
А на сторону то меж тем и поглядеть бы! Чуть поодаль, за огородом заброшенным, да бурьяном поросшим у дерева девка стояла! Платок чёрный на голове, глазами сощуренными смотрит, а из них злоба лютая льётся. Стоит не шелохнётся, только губами что-то нашёптывает...

Порешили на свадьбе, что жить будут у невесты. Незачем лихо будить, коли в деревне жениха, на него другая виды имела.
Идут месяца, молодые не намилуются. И всё-то у них хорошо, всё ладно. Вскоре Ульяна понесла. Да только не смогла ребёночка выносить, на небольшом сроке потеряла. Малость погоревали, да ведь молоды ещё, какое их время, всё впереди. Ещё успеют и не одного народить. Главное, что в семье мир да согласие.

Следующая беременность, впрочем, закончилась так же. И последующая тоже. Поползло в молодую семью юркой змеёй разногласие и несчастье.
Ульяна с горя осунулась, на мужа не глядит, думает, он её винит, что деток ему родить не может. Да и как не думать, если свекровь, нет-нет, да и обронит словцо, что ой как внучат хочется, да что Павлуша её родненький такой молодой да статный, что ему полноценная семья с детками нужна.
Молчит Уля, ночами подушка от слёз мокрая. Хоть и ни словом Павел её не попрекнул, не обвинил, а всё ж думается, что во взгляде укор есть.
- Ну хватит, Уля!- строго сказал Павел. - Полно тебе на слова матери моей внимание обращать! Ты со мной живёшь, а не с ней! Есть у нас дети или нет, я тебя всё одно люблю, как и раньше!
- Ох, Павлуша, - отвечала Уля,- ты посмотри, как на меня соседи смотрят. Словно я проклятая!
- Дурёха ты, а не проклятая! -Улыбнулся Павел. - Нашла на кого равняться?! На кумушек, да сплетниц местных! -Сказал и обнял жену любимую.
День к вечеру клонится,
сунулась Ульяна, а в доме воды ни капли нет. Взяла ведро, пошла к колодцу. Крутится вал, поскрипывает, цепь наматывает. Вот уж и ведёрко показалось, как вдруг из-за спины голос скрипучий:
- Исхудала ты, погляжу, девка! Горе давит да душу выматывает?

От неожиданности Уля рукоять отпустила, и ведро с грохотом вниз полетело.
Стоит позади бабка Анисья. Платок чёрный, по самые брови натянут. Глазки- буравчики смотрят, не мигая, словно все внутренности видят.
Не любили Анисью в деревне. Боялись её. Ведьмой чёрной слыла. Из дому выходила она очень редко. И хоть соседям зла не творила, встреча с ней на улице была не приятным событием. А уж если во двор к кому зашла, то жди покойника. Словно чуяла она смерть. А как смерть случится, то в сам дом заходит, да к гробу прямиком. Над мёртвым склонится, да шепчет что-то. И никто ей слова не скажет поперёк, боятся.
- Ох, бабушка, напугала до смерти! - Выпалила Ульяна.
-А нечего смерти пугаться тому, у кого смерть за домом закопана.

Вытаращила глаза Уля.
- Что ж ты такое говоришь, бабка Анисья?! Мне и так жизнь не мила, а ещё ты подначиваешь. -Села Ульяна на лавку подле колодца, лицо руками закрыла и навзрыд заревела. Бабка Анисья рядом присела.
- Не подначиваю, а правду говорю. Ты когда замуж выходила, знала, что на Пашку твоего Настасья метит?
- Знала, - тихо ответила девушка и уставилась на бабку.
- Ну так, а чего ж теперь ночами думаешь в чём перед Господом провинились, что он тебе деток не даёт? Не перед Богом вина твоя! А девка та, у которой ты Пашку то отбила, на тебя заклятье то и скинула.
- Да как же отбила то, бабушка?! Не муж он ей чай был, не миловались даже! По улицам вместе не хаживали.
- Хаживали не хаживали, а только обида чёрная до сих пор в ней сидит. Считает Настасья, что ты между Павлом и ей встала.
Ты вот на свадьбе то по сторонам смотреть ленилась, всё Пашкой своим любовалась, а она не поленилась в соседних деревнях узнать, у кого на дворе покойница была. Узнала где схоронили, да ночью на кладбище косу то у ней и отрезала.
- Зачем, - замирая от страха шёпотом спросила Уля.
- Знамо дело, зачем! Из волос , поди, куклу сплела, да тебе на землю с оговором и прикопала. Пока лежит кукла в земле, не видать тебе деток. А как сгниют волосы, или птица какая найдёт да растащит её по частям, тогда уж и твоя очередь придёт

Сидит Ульяна, кажется, даже дышать перестала. Так страшно сделалось, что потом холодным покрылась.
- А что ж мне делать теперь, бабка Анисья?! Всю жизнь жила, зла никому не творила, по любви замуж вышла и то, получается, себе во вред,- говорит, а у самой слезинки, как жемчуг крупный по щекам катятся без остановки. - Да разве ж это так можно, на жизнь бездетную заведомо обречь, да на кончину скорую и ведь не за что! Мне теперь хоть самой на себя руки накладывай, чего тянуть да мучиться, раз помру скоро. А так, хоть Павлуша мой пока молодой, себе новую жену сыщет...
- Тьфу, дура какая!-В сердцах воскликнула бабка. - Одной ногой в могиле, а всё о Пашке своём заботится!

Ладно уж, горемычная, помогу тебе советом. Ты по огороду, да по заднему двору своему походи. Присмотрись, что не так лежит, подкопни где нибудь у забора. Ищи куклу! А как найдёшь, руками не тронь! Лопатой её на тряпку какую- нибудь положи и заверни. Да снеси свёрток пока с земли своей. Прикопай в лесу и ко мне беги. Тогда уж скажу, что дальше делать. И не вздумай про наш разговор кому то сболтнуть! Тем более Пашке своему! Побежит выяснять да правды требовать, тогда почитай всё - раскроется, что ты в курсе заклятия, Настасья снова за дело возьмётся! Тогда уж не помощница я тебе. Развернулась бабка Анисья, да кряхтя домой побрела.
Сидит Уля, в голове молотком мысль стучит, что куклу из волос мертвеца искать надо.

Пришла домой - уже стемнело. Мужу ничего не сказала, спать легла.
Наутро Павел на работу отправился, Ульяна дела домашние переделала быстренько и на задний двор пошла.
Вооружилась лопатой, ходит ,приглядывается, думает куда можно было куклу подсунуть.
И тут посмотрела и там, весь день провела в поисках, да так ничего и не нашла. А тут уж и муж домой вернулся, при нём поиски пришлось закончить.
Накормила Уля мужа, поболтали о том, как у кого день прошёл, да уж и спать время пришло...

Снится Ульяне сон. Стоит она посреди перекрёстка и со стороны кладбища к ней кто-то приближается. Подходит ближе, и видит Уля, что это женщина, вся в земле, лицо пятнами синими, руки к ней тянет и шепчет: "Верни! Верни моё". Да как прыгнет на Улю, в горло вцепилась и душить начала. Проснулась девка в холодном поту. С утра, как муж за порог, сама бегом к бабке Анисье.
Ворвалась к ней в дом, возбуждённая. Всё рассказала, что найти не смогла, что сон страшный приснился.

Бабка спокойно выслушала и говорит:
- Во сне к тебе хозяйка волос приходила. Видать, потревожила её Настасья, когда косу срезала. Вот она и требует воротить ейное. Ты вот что, если ещё раз приснится, сумей выведать, где кукла спрятана. Может, она подскажет где искать. На том и порешили.

В следующую ночь Ульяна опять тот же сон видела. Только теперь, перед тем, как мёртвячка на неё кинулась, она ухитрилась спросить , где искать её волосы.
"Могилу рыла, злобой крыла, слова страшные читала - домовину закопала, где доски углом сходятся, там волосы находятся"- прошипела мёртвая и исчезла.
Проснулась Ульяна, сердце колотится. Еле дождалась, когда Павел на работу уйдёт. Взяла лопату и понеслась к углу забора. Раз копнула, два, из земли ящичек деревянный вылез. "Как во сне и получилось, вот она и есть домовина то",- подумала Уля. Да как дала лопатой по этому ящичку. Тот раскололся, и из него на землю выпала небольшая кукла из волос скрученная.
Сделала Ульяна всё, как бабка Анисья сказала. Аккуратно на мешковину лопатой куклу закинула, завернула, да в лесу и прикопала. Чтоб страшную вещь со своей земли отнести подальше.

Повеселела Уля, мужа с работы встретила, приветливая да ласковая, к бочку мужниному жмётся. Павел даже не выдержал, спросил:
- Что это с тобой сегодня, Улюшка? Как приятно тебя снова видеть радостную. Ничего Уля не ответила, прижалась к любимому сильно-сильно.

На следующее утро откопала страшную находку и со всех ног понеслась к бабке Анисье. Бабка встретила её на самом пороге. Позвала на задний двор, подвела к чану, до черна закопчёному. Велела бросить в него всё вместе с тряпкой и подожгла. За минуту огонь съел страшную куклу. Как потух, бабка аккуратно совочком в бумажный кулёк пепел собрала, пошептала чего то в него и, завернув, отдала Ульяне.
- Теперь, девка, ищи в какой деревне покойник будет, туда и иди. Зайди в дом молча, ко гробу подойди, да потихоньку подсунь под мертвяка кулёк со словами "Не мной взято, не мне и платить, та что ждёт, пусть со взявшей и спрашивает"
- Да ты что, бабка Анисья, как же я в чужом доме, да с покойником, ещё и руки к нему в гроб совать буду? - Взмолилась Ульяна.
- Не захочешь Пашку своего вдовцом оставлять, ещё и не то сделаешь! Да смотри, девка, из дома того выйдешь, чтобы не случилось, кто бы не окликнул, не оборачивайся. Придёшь домой, притворись, что прихворала, да ложись спать. Ни с кем до следующего дня не разговаривай.

Делать нечего, своя жизнь да счастье семейное пуще всего беречь надо. Взяла Ульяна кулёк с пеплом, слова нужные запомнила да и домой поплелась. На её счастье не долго пришлось ждать покойника. В соседней деревне, там где Настасья жила, умерла бабушка.

И опять удача была на стороне Ульяны, бабуля оказалась одинокая, так что никто внимания на незнакомую девушку не обратил. Мало ли кто у кого в знакомых ходит. Ульяна всё что нужно проделала, кулёк в гроб под покойницу подсунула, оговор нужный сказала. Пока подклад делала, сердце чуть из груди от страха не выскочило! Виданное ли дело, к чужому мертвяку в гроб руки совать, да шептать ему, наклонившись.
Но смогла девка! Решительно всё проделала да и вышла из дому, к себе в деревню направилась.

Только два дома прошла, видит, впереди Настасья навстречу идёт. Глаза злющие, - Чего тебе в моей деревне надо? -Крикнула она Ульяне.
Уже было хотела она что-то едкое Настасье ответить, да вовремя наставления бабки Анисьи вспомнила. Прошла молча мимо и как будто ветер с листвой заиграл, да только прислушаться словно по имени Улю кто кликнул. Хотела уже повернуться, да опять вспомнила наставления бабки Анисьи. И словно подтолкнул её кто, побежала вон из деревни. Добежала до поля, а там ещё громче её кликать стали, будто голос девичий зовёт "Ульянааааа, оберниииись". Жутко стало девке, а тут к голосу ещё и шаги прибавились. Уля идёт, и за ней следом идут. Она встала и шаги встали. А в один момент, как из ниоткуда ворона взялась, да как начала гаркать и всё норовит на Ульяну налететь. Припустила девка, что было мочи. До самой деревни бежала - остановиться боялась.

Пришла домой, Павел за столом сидит.
- Ты чего такая взъерошенная? Запыхалась, случилось что?
- Нет ,Павлуша, приболела я, пойду прилягу.
Сказала и в комнату пошла. Больше за этот вечер Ульяна с кровати не слезла.
А ночью снится ей сон, будто стоит она опять на перекрёстке, только теперь с трёх сторон к ней кто-то идёт. Со стороны кладбища мёртвая, что косу назад просила. Справа Ульяна узнала бабушку, которой в гроб подклад делала. А слева стоит Настасья, глазами злобными её буравит.

Вдруг видит Уля- бабушка к дороге с кладбища приближается и мёртвой руки протягивает, а в руках коса длиннющая. Волосы, как смоль, чёрные. Протягивает и говорит "Не ей взято, не ей и платить, а кто взял, с той и спрашивай"- и, бросив косу ей под ноги, исчезла. Подняла мёртвая косу, да как зашипит, руки с ногтями длинными вперёд выставила и бросилась на Настасью с криком страшным, сомкнув пальцы на девичьей шее.

Проснулась Ульяна в холодном поту. Руки трясутся, не поймёт- то ли сон, то ли явь. Пашка под боком лежит, тишина в доме, знать приснилось.
Поднялась, начала избу в порядок приводить да еду готовить. К обеду все дела переделав, пошла за водой к колодцу и встретила местных кумушек.
- О чём судачите? -Спросила Уля, улыбнувшись.
- Да неужто не слыхала? Настасья с соседней деревни, этой ночью -то померла.
- Как померла? -Воскликнула Уля, выронив из рук ведро.
- Дык, как- как, задушил кто-то ...



© Юлия Скоркина

Tags:
блин, пока читал - два раза обосрался...