Свадьба в Зимитицах, Вудман и пифд@ Никитишны

- Лёха, а вот чё ты не женишься? – пьяным голосом спросил у меня Димон.

Мы сидели в уютном баре после работы и пили пиво. Много пива.

- Ну, как-то не судьба… - растерялся я. – Заведёшь одну и начинается: носки - не разбрасывай, в носу - не ковыряйся, пиво - не пей, подруг – не яби. Нахуй… а к чему это ты?

- А я вот женился один раз… Было дело. Рассказать хоть кому-то хочу, облегчить душу, как говорится. – анонсировал коллега неминуемый душевный стриптиз.

- Ну давай, - согласился я. - Истории слушать люблю.

- Ты же знаешь, что я недавно к Вам устроился в Питер. До этого всю жизнь на селе хуи околачивал с перерывом на институт. Вот… Встретил я там одну девушку, сделал предложение. На январь свадьбу назначили…

(Далее привожу рассказ со слов Димона. Повествование от третьего лица)

***

Деревню Зимитицы замело снегом. От двора к двору в сугробах протоптаны узенькие тропинки; исправно чистились лишь транзитные автомобильные дороги. В такую пору уютно сидеть на тёплой кухоньке, попивать чай с вареньем и думать про пятничную баньку с пивом. Но в этот раз жители села были озабоченны предстоящим событием – свадьбой сына директора местного агропредприятия.

Колхозный мажор женился по любви на бойкой, немного экстравагантной девушке из местной многочисленной и, разумеется, пьющей семьи. Отец был против, но, зная избалованный и упрямый характер сына, не стал перечить. «Пусть сам шишек набьёт, ёбарь-переросток. – горько думал Михалыч. – Отпразднуем дома, на свадьбу много денег не дам, а там, глядишь, одумается…»
Алексей Михайлович – идеалист по жизни. Не такой, чтобы его могли наебать все желающие, но мужик мечтал о наступлении эры «человека разумного». Эры, где каждый отвечает за поступки, думает о последствиях, держит слово. Иногда он давал слабину и поднимал зарплату труженикам, прощал пьянки, порчу дорогой техники, но получал такую «благодарность», что желание творить добро отпадало надолго. Народ мгновенно наглел и ронял производительность ниже плинтуса; Алексей Михайлович мгновенно зверел, и приводил систему в состояние равновесия.
Учитывая профессиональный алко-контингент со стороны невесты, все жители деревеньки хором ванговали эпичную драку и с большим интересом ждали грядущей церемонии.

Готовилась к свадьбе и бездетная семья Жуковых. Славных соседей не могли не пригласить на свадьбу к юноше, которому в детстве по-соседски подтирали жопу, угощали вареньем и награждали подзатыльниками за мелкие шалости, вымещая нерастраченную родительскую любовь. Жуков Виктор Николаевич за пол часа до выхода на мероприятие озаботился подарком:

- Зойка, - сказал он жене, - бомжи мы по сравнению с ними! Бичи-кирпичи. Чего дарить-то будем? Сушёную, верчёную залупу кипячёную?

- Я им подушку купила! – гордо ответила, смеясь, жена. – Финскую. Семьсот рублёв отдала. В коробку положила, насыпала для весу яблок.

- Это… – озадаченно почесал яйца муж, подивившись скупости подарка. – Дык…

- В городе завернула в бумагу с бантиком. – продолжила супруга. - Мы все в одной лавке у остановки подарки упаковывали: жиды Шендеровичи, Язовские - хуй им в гузно, сволочи - Куприны, родители невесты тоже какое-то говно красиво упаковали. Не отличишь коробки, хех, как из интернату.

- Вот удачно я на тебе, Зойка, женился! – обрадовался Виктор Николаевич. – Хуй им, буржуям, а не подарок! Всё равно их гости двор нам затопчут и туалет обосрут. Хватит с них подушки!

От такой экономии у хозяина незвано проснулось либидо. С отвращением посмотрев на толстую жопу супруги, Виктор Николаевич схватил смартфон, одел валенки и срочно побежал до сортира. На Зимитицы опускалась тёмная северная ночь.

- Эх, морозЕц, морозЕц! – выдохнул паром мужик, прикрывая дверь на щеколду. Набрал в поисковике: «Кастинги Пьера Вудмана… Найти…» Соседский дорогущий роутер бил мощно, проблем с просмотром порно Виктор Николаевич не знал. Запустив желаемое видео, онанист попробовал разогреть сжавшийся от мороза хуй, но, пошатнувшись на гнилой доске, выронил смартфон прямо в клоаку.

- Блядь! – расстроенный хозяин испуганно навис над очком.

- Ты любишь в попА, аналь? – спросил девайс узнаваемым у заядлых дрочеров голосом Пьера Вудмана. Телефон лёжал экраном вниз на озере фекалий, подёрнутым плотной корочкой льда. Зарядки у китайского смартфона даже на морозе хватит на пару-тройку часов автономной работы. Срамное видео будет запускаться одно за другим, создавая ситуацию, в народе называемую – «палево». Виктор Николаевич занервничал.

- Витя! Иди, одевайся быстро, нас ждать не будут! – заорала жена из окна. Плюнув с досады, мужик вышел из толчка. Он не хотел обижать богатых соседей опозданием и решил выудить смартфон позже, после того как на свадьбе пройдут торжественные мероприятия.

- Ты чего такой злой? – спросила Зинаида у смурного мужа.

- Подушку купила, ещё и на обёртку потратилась, кур-р-рва!!! – вскричал муж и прописал жене незаслуженного леща, привычным образом выпустив пар. Зойка не обиделась, лишь только почесала затылок. Супруга иной ласки не знала уже пятнадцать лет.

***

Ах, эта свадьба! Молодые вежливо принимали подарки от гостей и с гаденькими, меркантильными улыбками подписывали на коробках фамилии подаривших. Публика, поголовно презентовавшая красиво завёрнутую хуйню, гуляла как в последний раз, резонно рассудив, что вскоре подарки будут вскрыты, а экономные меценаты выпиханы с мероприятия взашей.

Особенно старалась накидывать за воротник семья невесты, включая глухого деда Васю, который по своему собственному расписанию поднимал принесённый с собою стакан, осушал ёмкость до дна, громко говорил матерные слова: «Пифда Никитишны» и занюхивал рукавом. Отрыгивал, придавая сентиментальным свадебным тостам, ежели они случались в момент принятия дедом жидкости на грудь, некий падонкафский флёр.

Начались пляски и конкурсы. Братья сразу похитили сестру, рассчитывая получить выкуп и успешно «забыть» про возврат денег молодым. В кромешной тьме, немного разряженной светом далёких фонарей, по извилистой тропинке в сугробах, они провели девушку на участок к Жуковым, спрятались за сортиром.

- Ну чё, воры? Кто лохов колядовать пойдёт? – хрипло спросил старший брат, вышедший на свободу с первой ходки аккурат к свадьбе. Но судьба внесла коррективы в их план...

***

Батя невесты, охуенно похожий на Михаила Боярского, для пущего сходства носящий усы и берет, вошёл в пьяный раж. Он просто обалдел от количества халявной выпивки и качественной закуски. В какой-то момент ему начало казаться, что это он всё организовал и оплатил. От осознания своей невиданной щедрости Степан Васильевич прослезился.

- Налетай, сволочи, я добрый! – орал «мушкетёр», и надрывно пел: «То-о-олько водка рюмки на столе!»

Его внимание привлекли сиськи тёти жениха - СТЖ. Замечательные СТЖ, почти как у Анны Семенович. Дойки весело качались в танце вверх-вниз, вверх-вниз, и потом кругом по часовой, против часовой, гипнотизируя Степана.

Мушкетёр, прыгая козликом и выделывая коленца а-ля «танец пасодобль», приблизился к объекту вожделения. Внезапно продемонстрировав коронное па, от которого у него слетел кроссовок и шлёпнулся свату в тарелку, а рука рандомно тыкнула кулаком в чьё-то ебало, новоиспечённый тесть, терзаемый нешуточным половым влечением, яростно вцепился зубами в вымя бедной тёти. Полыхнула напророченная драка.

***

Из дома жениха послышались крики:

- ПолупокерА, сучьи дети! Кури усы, директор, за мой счёт жрёте, блядь... имею право… больно, А-А-А!!!

Братья переглянулись:

- Слышь, лярва, ты это... тут жди, мы быстро! – приказали они невесте и как три мушкетёра, только без коней, поспешили на выручку Д’Артаньяну.

Девушка осталась одна. Галина, так звали невесту, жутко хотела по большому. Свадебная суета не давала возможности уединиться в вечно занятых гостями туалетах богатого жениховского дома. «Вот он - шанс!» - подумала невеста и аккуратно поднялась в сортир, на ходу подбирая пышное белое платье, дабы не обмарать его о стенки и пол. Тем временем непроглядная тьма вконец накрыла Зимитицы. Хмурое небо сулило некую оттепель, но мороз всё ещё давал о себе знать, пошёл мелкий, мокрый снег. Условная видимость не превышала нескольких метров. Чёрт украл Луну, прямо как в гоголевских "вечерах". В воздухе отчётливо пахло надвигающимся пиздецом, и пиздец настал.

Только невеста спустила трусики, гнилая и широкая доска, ставшая причиной утери Виктором Николаевичем смартфона, на этот раз не сдюжила. Устало ухнув, пол под невестой проломился. Галина нарядным валанчиком юркнула вниз, но расставленные локти позволили ей не упасть в говно, только безнадёжно повиснуть над пропастью спиною ко входу, возвышаясь над уровнем пола эдаким белым бюстом в бархатистом обрамлении задравшегося свадебного платья. Самая аппетитная часть невесты, в белых чулках с красной подвязкой и спущенными кружевными труселями, болталась над вонючей клоакой.

- А-а-а-а-а! Помогите! –заорала невеста. В сортире кто-то что-то сказал. Галина заткнулась и прислушалась.

- Встань софа раком, плиз. Догги позишн. – попросил непонятный голос откуда-то снизу.

Молодуха охуела от такой наглости, потом испугалась, секунду подумав, охуела и испугалась одновременно.

- Дяденька, - захныкала бедная девушка, дрожа от холода и страха. – Н-н-не надо!

Галине показалось, что в выгребной яме засел неведомый маньяк-иностранец, который подстроил так, чтобы она неминуемо оказалось в этой беспомощной ситуации. Что там Вудману отвечала модель, бедняга не слышала, самостоятельно заполняя паузы их диалога.

- Посмоутри на менья. Обеурнись. ЖопА на камера, боульше раскруой. Бьютифул. Что ти думаиш в етот моумент? – не унимался иностранец.

- Я ка-а-акать хочу! – окончательно разревелась девушка.

Дверь сортира, которую невеста не успела закрыть на щеколду, неожиданно распахнулась.

- Спасите! Пожалуйста, спасите! Насилуют! – истошно завизжала невеста.

Меж тем, глухой дед Вася стоял на пороге клозета и щурился на огромную кучу снега, еле белеющего в кромешной тьме сортира. Что-то подсказало старому, что заходить во внутрь не надо. Дед достал хер и принялся ссать в дверной проём, метко целясь в центр снежной массы.

По затылку невесты, через фату, застучала тугая струя дедовой мочи, рассыпаясь мелкими брызгами, стекая девушке за шиворот.

- Дяденька… Не надо... – скулила невеста, гадливо дрыгая ногами.

Да… не такой представляла себе свадьбу Галина, не такой… Ещё пол часа назад она, девушка из семьи алкоголиков, была счастливой невестой зажиточного жениха. Считала, что поймала удачу за хвост и всё у неё впереди. А теперь кто-то нахально долбил струёй ей по затылку. Столь резкие перемены обстоятельств вредны для любой психики.

- Ты лубишь писсинг инто ю моунт? В рот нассать? – добил девушку иностранец и затих. Дедова урина, пройдя длинный путь от затылка Галины далее по спине, заднице и стекая по ногам, попала-таки на смартфон, закоротив вход наушников.

Разум невесты не сдюжил надругательства и потерял всякую связь с реальностью. Локти онемели, пизду и ноги обдувал морозный сквозняк, царивший в выгребной яме, моча стала леденеть. Девушка зависла между двумя мирами в беспамятстве.

- Пифда Никитишны! - довольно сообщил дед Вася. Дверь в туалет аккуратно закрылась, под удаляющимися шагами старика зачавкал мокрый снег.

***

Виктору Николаевичу не праздновалось. Судьба смартфона тревожила его не на шутку. Выскользнув во время драки на улицу, в темноте, сосед нос к носу столкнулся с выходящим с его участка дедом Василием.

Нехорошо засосало под ложечкой. Бегом по тропинке, к сортиру, резким движением распахнул дверь. "Откуда там снег? - поразился Виктор Николаевич. - Старый алконавт шутки шутит? Я ему...!"

Зайдя в сарай за лопатой, чтобы сгрести снег, он услышал голоса невестиных братьев, доносившиеся со стороны толчка, в котором зависло на краю гибели сакральное сокровище – смартфон для просмотра порно. Рассвирепев, сосед пошёл в дом за ружьём.

***

- Где сеструха? – спросил Борька - средний брат-долбаёб, прикладывая к опухшему глазу снежок. Семейство невесты одержало уверенную победу, загнав гостей и более интеллигентных родственников мужа в дом, тем самым опрометчиво отрезав себя от праздничного стола и домашнего туалета. В доме остался заложником отпиздоханный папашка. Терпилы усиленно вызванивали полицию и скорую. Братьям надо было канать…

- У параши оставили, как буча началась. Съебла может куда со страха? – ответил Вадька – старший брат.

- Айда, поищем, посру заодно! – скомандовал Борька и три брата направились во двор к соседу, петляя по сугробам, через вечную дыру в заборе между участками.

- Хуя тут помойка! – удивился он, распахнув дверь клозета. – Снега гора, по центру вроде насрано.

- И ты насри! Холодно, блядь, выбирает он, заебал! – разозлился младший братец Вован.

Борька не ответил. Сестры не нашли, придётся уносить ноги втроём, без заложницы из состава семьи богачей-агрономов. Только успеть бы облегчится.

Парень поднялся на ступеньку, спустил штаны и присел гадить на входе, сунув жопу в дверной проём и свесив причиндалы. Парящее на морозе говно, стало бесшумно шлёпаться на платье невесты, подчёркивая глубину творящегося пиздеца. Закончив дело, хлопец хотел было черпануть снега, дабы подтереть зад, но в руке оказалась нежная белая ткань, похожая на тюль от занавески.

- Охуеть! – сказал Борька и чиркнул зажигалкой. Внезапная догадка поразила его. – Братцы, я ж на сеструху наложил!

Наступившую за этим эпичным заявлением тишину, нарушил выстрел. Володька готов был поклясться, что своими глазами видел, как хозяйство Бориса, тускло освещённое светом от зажигалки, мгновенно скрылось у него за жопой по принципу мишени в тире, и появилось вновь уже в плачевном состоянии. Заряд сделал своё дело. Засолив Борькино хозяйство и разметав насранную им кучу, соль, обогащённая говном, больно прижгла невесте спину промеж лопаток. Не вари козлёнка в молоке матери его – не стреляй в сеструху говном брата её. Карму попортишь. Так оно и вышло.

Галина взвизгнула, дёрнулась, но удержала равновесие. От серьёзного поражения, нежную кожу спины спас мощный корсет свадебного платья. Тряхомудие Бориса такой защиты не имело. Брат завопил как раненный заяц и кубарем скатился со ступеньки туалета, вырубившись в сугробе от болевого шока.

- Смартфон спиздить захотели, зэкота?! - вылез из засады сосед с ружьём. – Стреляю по засвету без промаха!

Вован и Вадька в панике поскакали по сугробам прочь, бросив сеструху в сортире, брата с подстреленными яйцами, избитого папашу в доме жениха и непонятно куда делся глухой дедушка Вася. Победа в первом сражении обернулась невиданным доселе поражением в войне. А ля гер, ком а ля гер, как грица.

- ЖопА раскроуй шире! – неожиданно напомнила о себе невеста из сортира.

Виктор Николаевич, охнул, побежал за фонариком.

- Что, сучка?! Не успела достать? – злорадно вопрошал он, светя невесте в лицо. – Мы им подушку в коробке с бантиком, а они смартфоны пиздеть в сортире, ыхь, сорняки! Богатым всё мало… В говне измажутся, но у соседей украдут!

- Бьютифуль! В рот нассать! – ехидничала окончательно ёбнувшаяся девушка.

- Нассым, не волнуйся! Сейчас Михайлычу тебя предъявлю и за смартфон спрошу, и за сортир, – ворчал мужик, брезгливо волоча обгаженную невесту в дом. - Трусы зачем стянула? Увидят сейчас нас люди, что подумают?

Люди, сбежавшиеся на звук выстрела, вместе с прибывшими по вызову на драку ментами, подумали именно то, что имел ввиду Виктор Николаевич. В ту же секунду свет трёх фонариков выхватил из темноты соседа, мнущего весьма потрёпанную невесту, да ещё и ружьё грозно болталось у него на плече, выдавая источник выстрела. Из сугроба глухо простонал Борис.

- Бросай девчонку! Руки… - рявкнул мент, наставив пистолет на соседа.

- Витька! – ахнула Зойка.

- Зойка! – схватился за голову несчастный Виктор Николаевич, выронив невесту.

- Галька! – упал на колени поражённый муж.

Галина упала в снег и тут же встала на четвереньки, выставив на обозрение, своё изрешечённое братским говном платье. Затем, гнусно хихикая, девушка села на корточки и, не стесняясь толпы, начала шумно справлять большую нужду. Публика ахнула.

Ружьё соскользнула с плеча. Виктор Николаевич резким движением подхватил двустволку, тем самым спровоцировав испуганных, неопытных в открытом противостоянии преступности, блюстителей порядка на беспорядочный огонь. Одна из пуль попала-таки ему в плечо. Сосед упал рядом с девушкой, встретился с ней глазами.

- Раком, плиз! – посоветовала ему невеста.

Из дома агрономов разливалась по деревне песня: «Самый лучший день заходил вчера...»

***

- Вот такая вот у меня была свадьба, Лёха. – допил своё пиво Димон и грустно посмотрел на меня.

- А дальше что? – спросил я, охуевая от услышанного.

- А дальше – всё! Невеста – в мясо «ку-ку», пьяный папан невесты выеб деда Васю, который уснул в спальне моих родителей. Нашли их, разбудили… «Я думал СэТэЖэ…» Тьфу… Брат её контуженный, получил кличку: «Борька – солёны яйца». Правда я не знаю, уцелело хозяйство или нет. Да и мне как-то похуй. Соседа? Соседа вылечили, смартфон не достали. Не успели. Тёте Зое срать тоже надо где-то. Знаменитая свадьба вышла. В наказание это мне всё, в наказание.

- В наказание за что? – удивился я.

- За то, что на видосы Вудмана дрочил как бешенный. Вот он и навестил мою невесту.

- Ну, знаешь… Я ведь это, тоже иногда… тогой-этой.

- Значит, Гагач, жди француза в гости! – уверенно сказал Димон и стукнул пустым бокалом по столу.

© alexeygagach
Tags: