June 13th, 2013

Игра продолжается

У моей очень энергичной и эксцентричной бабули есть кот,подобранный где-то на помойке, и соответственно воспитанный в идеалах свободы личности и правом полного самовыражения.

Уезжая как-то на горнолыжный курорт (в 79 лет!), она не долго думая, своего питомца, с редким именем Вася, не спросив ни моего ни Васиного согласия, привезла ко мне пожить.

Вася был страшен - огромный, наглый, драный тип. Вся морда в шрамах, ухо порвано - цвет пегий. Нет, может он когда-то был рыжим, но вымыть эти девять кг живого беса не могла даже бабуля. Вася ходил на улицу, как на работу, пока в округе не осталось ни одного кота, а толпа кошек с рыжими котятами почтительно не стали ждать его у входа.
Оставляется мне инструкция по взаимодействию с нежной кошачьей психикой, энная сумма денег на прокорм милому пушистику, и со скупой слезой простились мы - бабуля с котом, я - с покоем. Поникший мурлыка проводил бабулю до двери, прохрипел ей последнее мяу и тут началось...

Я пыталась его кормить, развлекать, отпустить гулять наконец. Нееет, он сидел на шкафу и самозабвенно орал, орал таким гнусным голосом, что зашли соседи поинтересоваться моим новым акустическим приобретением. Уговоры не помогали, кот заглушал тоску как умел, пришлось прибегнуть к швабре.
Весомый аргумент победил к двум часам ночи. Сидя в абсолютно разгромленной квартире, я с умилением наблюдала, как сладко спит мой шерстяной друг в остатках моей икебаны.

Утро началось внезапно, с приземления 9-ти кг на мое многострадальное тельце. Не испытывали? Уверяю, спросонья очень бодрит!

Стремление Васи сделать меня более спортивной, отточить реакцию - туго, но верно продвигалось. Третий раз упав в коридоре (когда тебе сзади под ноги внезапно торпедой врезается нечто, или с антресолей падает туша) пришлось вспомнить все о физподготовке. Нет, он ничего не драл и не гадил. Он играл со мной, как с новой мышкой и получал от этого удовольствие.

Честное слово, он садился и ухмылялся! Через неделю я научилась уворачиваться. Васе это не нравилось, но он честно признавал свои промахи, понуро отворачивался, но тренировок не прекращал.
Боевые действия выматывали, и я решилась подкупить его. Я знала, что Василий уважает свежее сырое мясо (консервы-консервами, а хищник-хищником). с вечера одарив от пуза разбойничью морду мясом, решила, что высплюсь.
Какое славное пробуждение. Проснулась сама, тишина. Потягиваюсь, переворачиваюсь, засовываю руку под подушку и с криком взлетаю. Там что-то шевелится..

Полузадушенный, обслюнявленный воробей. Довольная морда кота.

- Алаверды, - сказал Вася.

Так и повелось. Я проигрываю - он орет благим матом, требует мяса. Я уворачиваюсь - тишина, но утром, открыв глаза, с удовольствием вижу на подушке жирную крысу или еще какую-нибудь дрянь. Вася искренне не понимал, почему я отказываюсь от честно заработанных призов. Вася был упрям и целеустремлен.

Я капитулировала в этой неравной борьбе. Послушно падала, не ругалась, не обращала внимания на бегающего по стенам кота, сыпала только кошачий корм, перестала давать мясо. Он недоумевал, ходил за мной как привязанный, заглядывал в глаза, решил было опять песняка давить - я была непреклонна. Потом, сделав какие-то выводы, очень натурально хмыкнул и ушел гулять.

А надо сказать, Вася уходил на улицу сам по балконам, чтобы ни от кого не зависеть (Балконы у нас в шахматном порядке - 6 этаж) и так же возвращался по металлическим перемычкам.

С утра слышу: вжик-вжик, вжик-вжик, что-то скребет по металлу. Выглядываю и вижу: с нижнего балкона с огромной осетриной в зубах пытается влезть Василий. Соскальзывает, но лезет. Я ему говорю: "Брось рыбу, дурак, сорвешься". Он спрыгивает на соседний балкон, отгрызает кусок и лезет ко мне с приличным хвостом этой осетрины. Гордо проходит мимо меня и кладет у моей постели. Садится. На морде крупно было написано:

- Теперь нормально?

Кто оставил на балконе рыбину я так и не узнала.

Вася вернулся в родные пенаты, а я до сих пор с содроганием навещаю бабулю. Надо видеть, как при виде меня загораются Васины глаза.

Игра продолжается...


© tunder

Маленькая месть

Как это обычно и бывает субботним вечером, «Мега» гудела растревоженным пчелиным ульем. Людские голоса и звуки разнообразной музыки, доносящейся из магазинов, сплетались в причудливую какофонию звуков. Вокруг, куда не взгляни, были люди, бесцельно слоняющиеся и бегущие куда-то с сосредоточенным видом, без ничего и с пакетами, глядя на надписи на которых делалось понятно, какие магазины их хозяин успел облагодетельствовать своими деньгами.

Я тоже не сильно выделялся из окружающей толпы. Так же перемещался от магазина к магазину. В руках наличествовали с полдесятка разнокалиберных пакетов с покупками, а на лице сосредоточенное выражение, с которым я выцеливал в мешанине людей свою супругу и её подружку, перемещающихся слегка впереди. Вполне заурядная мужская роль, выражающаяся в присутствии на женском празднике жизни под названием шопинг как водитель, носильщик, оценщик предполагаемых обновок и всеми прочими качествами, в которых ты можешь быть полезен.

Впрочем, сегодняшнее посещение торгового центра было не обычным актом шопинга, а скорее сеансом психологической разгрузки и душевной релаксации для Марины - подруги моей жены. Причина, подвинувшая нашу ячейку общества на этот благородный шаг, была проста, привычна и банальна – виновница похода по магазинам в очередной раз рассталась с очередным своим «мужчиной всей жизни» и теперь пребывала в пограничном состоянии между депрессией и ненавистью ко всему мужскому населению планеты. А по задумке моей жены новые шмотки и процесс их выбора должны были примирить её с окружающей суровой действительностью и вернуть жизнерадостность. Что, собственно, и происходило – никто из посторонних, глядя в данный момент на Марину и видя улыбку на её лице и азартный блеск в глазах, не предположил бы в ней недавнюю жертву разыгравшейся «любовной трагедии».

Марина – высокая шатенка с неплохой фигурой и вполне миловидным личиком, сколько я её знаю, всегда предъявляла к соискателям её благосклонности, относящимся к мужскому полу, набор определённых требований, исходя из которого и решала, достоин ли кандидат её общества. Мужчина, чтобы заслужить шанс оказаться с ней рядом, должен был быть богат, не слишком молод и не слишком страшен. На мелкие недостатки в виде отсутствия чувства юмора и волос на голове или, наоборот, наличие жены, детей и пузика, Марина привычно не обращала внимания. Зато очень сильно удивлялась, когда очередной кандидат в мужья, уходил от неё, чтобы вернуться в лоно семьи, жаловалась, картинно вытирала слёзы, стараясь не размазать по лицу тушь, и называла всех мужчин «козлами». Как я понял из подслушанного по дороге в «Мегу» разговора подруг, нынешняя ситуация не сильно отличалась от многих прошлых: очередной маринин «парень», старшая дочь которого была почти ровесницей папиного увлечения, решил коварно вернуться к супруге, наплевав на лучшие…, ну, не годы, конечно, а полтора месяца, которые подарила ему Марина. Я, правда, имел несколько иную точку зрения на эту ситуацию, но предпочитал не вмешиваться, делая вид, что целиком поглощён дорогой, и волевым усилием затыкая изредка просыпающуюся во мне мужскую солидарность, требующую иронично откомментировать кое-что из услышанного диалога подруг.
Collapse )