December 24th, 2012

Михалыч

Вадим Андреевич – начальник цеха по сборке катодных выпрямителей сидел в засаде. Он был молод, но уже успешен в карьере. Сразу после учёбы пришёл на электротехнический завод мастером, а через год был уже начальником.

Несмотря на то, что многие рабочие были старше Вадима Андреевича, его уважали. Цех перевыполнял план по поставкам оборудования для «Газпрома», и все работники получали солидные премии. Никогда никто не был необоснованно обделён, несмотря на попытки финансового отдела. И в том была немалая заслуга Вадима Андреевича.

В общем, в цехе царил мир и согласие. Но, неделю назад вдруг стал пропадать инструмент: шуруповёрты, дрели. Осмотр вещей работников результатов не давал. Но, даже наоборот, сделал людей раздражительными. Их обижало недоверие руководства и соратников по цеху. Вон сегодня Киселёв вообще пришёл на работу с огромным фингалом под глазом, работал плохо, в основном ходил без дела и пугал своим видом девушек из отдела технического контроля.

Вадим Андреевич почти отчаялся найти виновника краж, а, значит, ему предстоял нелёгкий разговор с начальством, после которого уважения к работникам его цеха резко поубавится. И вот, один из старых рабочих рассказал Вадиму Андреевичу об одном укромном местечке, которое с советских времён использовалось для выноса всего «что плохо лежит» с территории завода. Рабочие в шутку называли его «тропой могикан».

Это был участок стены со всех сторон укрытый от посторонних глаз гаражами с одной стороны и строениями завода с другой. Пробраться к нему можно было лишь по узкому лазу между стенами цехов.

Поэтому сейчас, спрятавшись за одним из гаражей, Вадим Андреевич сидел в засаде. Он ждал, когда вор придёт на уже окончивший работу завод, чтобы забрать «добычу».

Время ожидания всегда тянется очень медленно. Особенно на морозе. Но молодой начальник цеха, во что бы то ни стало, должен был поймать виновника.

Collapse )

Отчет о конце времен

Дежурство спецбригады психиатрической помощи в канун конца света.

У Дениса Анатольевича и у всей спецбригады дежурство выдалось славное, богатое на события.

Сначала был вызов к восьмидесятилетнему дедушке. Его сиделка по телефону заявила, что у них в квартире конец света уже наступил. Приехали — ба, точно наступил! Все люстры выдраны с корнем. Дед бодреньким зайчиком скачет по квартире, требует от сиделки непотребного. Что ему конец света — на его личном календаре сейчас май 1962 года, он весь из себя неженат и полон етической силы. Спецбригаде была предъявлена претензия — мол, долго ехали, могло бы случиться непоправимое. На глазах у всего Кишинева. Денис Анатольевич пристально посмотрел на сиделку и выразил осторожное сомнение: где мы, а где Кишинев? Так через камеры за нами наблюдает, доктор! Доктор посмотрел ещё пристальнее — через какие такие камеры? Сиделка показала. И в самом деле, по всей квартире. Правда, на ванную и туалет не хватило. Оказывается, родня из Кишинева таким образом присматривает, чтобы за дедом ухаживали как положено. И ценные указания по скайпу даёт. И проверяет, на что идут выделенные средства. Вы бы, доктор, вон в ту камеру что-нибудь сказали. Денис Анатольевич сказал.

Потом пришлось ехать к даме, которая металась по квартире в ожидании неминуемой погибели, роняла предметы интерьера и всячески усугубляла локальную внутриквартирную энтропию. Поскольку уши её отказывались что-либо слышать, а мозг — что-либо критически оценивать, пришлось общаться с более фундаментальной частью её тела. Четыре кубика успокоительного — и всё, и никакого апокалипсиса.

Ряд готически настроенных товарищей пытался уйти из жизни, закатив предварительно прощальную пьянку. Помешать удалось не всем, несмотря на объединённые с МЧС усилия.

Collapse )