December 17th, 2009

НЕ БОЛТАЙ! (что попало)..

Я сидел за столиком небольшого кафе, просматривая газеты и ожидая заказ. Кафешка эта буквально в нескольких шагах от моего офиса, люблю зайти сюда часов в одиннадцать, если работа позволяет, взять «тайм-аут».
Посетителей сегодня почти не было: только две женщины лет сорока за соседним столиком. Ухоженные, солидно одетые и, судя по надменным выражениям лиц, нигде не работающие. «Кафетканье», как они это называют, с непременным перемыванием косточек всем знакомым, жалобами на жизнь и обсуждениями новостей моды, для них неотъемлемая часть дня и, пожалуй, самое важное событие.
С моим появлением в кафе, они, приличия ради, заговорили на пол-тона тише. Я же, как и полагается, сделал вид, что их не слышу.
-- Как я устала! У меня ужасная депрессия, - жаловалась одна из них, блондинка в ярком желто-зеленом платье.
-- Ой, не говори! Такие ужасные дни. Надо срочно в отпуск, куда-нибудь на Мавриций, - тут же подхватила вторая, коротко-стриженная шатенка в коричневом, со множеством золотых пряжек, костюме.
-- Так моего болвана разве заставишь! Заладил как попугай: «Работа. Работа.» Вот пусть и работает свою работу! Мог бы меня и саму отправить. А то, только под ногами путается. Как в прошлый раз.
-- С тем барменом, на Мальдивах? – уточнила шатенка и глаза ее засияли.
-- Какой там красавец бармен был! – по-видимому, уже в который раз, начала делиться воспоминаниями блондинка, - А как он на меня смотрел! Подмигивал постоянно. Эх, если бы не муж рядом... Пришлось на магазинах отрываться. Он за голову схватился, когда счет из Американ-Экспресс прислали, - женщины ехидно засмеялись.
-- Слушай, а может по магазинчикам? У Гуччи коллекция новая, – неожиданно предложила шатенка, - пару кофточек купим...
Тут в кафе вошла молодая симпатичная девушка. Дамы за столиком притихли, внимательно осматривая ее точеную фигурку. Как оказалось, она искала бухгалтерское бюро, находящееся неподалеку. Уточнив у официантки адрес, девушка поблагодарила и вышла, бережно придерживая несколько папок с документацией.
-- Могла бы юбку и подлиннее надеть, - высокомерно-поморщившись фыркнула блондинка и добавила: - Сссучка...
-- Настоящая ...
Шатенка не смогла закончить предложение. Она вдруг закашлялась, руками схватилась за шею, а ее глаза полезли из орбит. Я повернулся, пытаясь понять, чем же она могла подавиться? В ту же секунду, в памяти всплыла пара американских фильмов, в которых, непонятными мне действиями, спасали подавившихся, непременно подчеркивая, что это могло стоить им жизни.
Я не успел еще даже подняться, как шатенка кашлянула еще раз и изо рта у нее вдруг выскочила самая настоящая лягушка.
От неожиданности я чуть не выругался, но, вместо крепкого словца тоже закашлялся и выплюнул жабу. Блондинка икнула и плюнула тремя слизняками. Некоторое время мы стояли переглядываясь и искоса посматривая на живность, появившуюся из наших ртов. В кафе была слышна лишь тихая музыка и кваканье лягушек. Вдруг, радио замолчало и приятный дикторский голос заявил: «А теперь - новости политики.» Из всех динамиков вдруг полила болотная жижа, начали выпрыгивать лягушки, полезли слизняки. Мы с криками бросились к выходу. Улица была полна людей. Некоторые стояли, закрыв ладонями рты, но большинство плевалось лягушками, ящерицами и прочими земноводными. Из распахнутых дверей офисов на тротуар выползала болотная жижа. В городе была паника.

***

Прошло уже пол-года с тех пор. Люди в нашем городе поняли, что стоит начать ругаться, сплетничать или обсуждать кого-нибудь, как тут же изо рта, вместо слов, полезут земноводные. И не дай Бог о политике заговорить – можно и захлебнуться в болотной жиже собственного производства. На радио и телевидении рекламу отменили, о политике молчат, Жириновский и тот матом никого не кроет. И знаете, жить стало как-то лучше. Многие, не зная куда девать энергию, стали больше работать. Кто-то творчеством увлекся, кое-кто – спортом.
Только вот болотной жижи и лягушек меньше на улицах не стало. Почему – неизвестно.
Я, например, китайцев подозреваю. Вон их сколько развелось. Привозят чернорабочих и сами же их матерится заставляют, за порцию риса. Надо же фабрикантам косоглазым сапоги резиновые сбывать куда-то. В другой обуви на улицу-то теперь не выйдешь.
Вот буду сейчас мимо китайского ресторана проходить – обязательно плюну в них парой лягушек. Пусть наших знают!

(с) Iktorn