August 11th, 2009

Синяя лампа Аладьина

Слышь, Аладьин! – прохрипела трубка пиратским басом Сильвера в исполнении Бориса Андреева. – Какого чёрта ты с утра не на смене?! У нас и так три мастера на четыре бригады!
– Насборк у бедя! – проскрипел я в ответ. – Температура. Горло... кхы-хх!! Лежу, в общем.
– Лечись, уродец... – вздохнул невидимый предводитель пиратов, он же начальник пищевого производства Семён-Яклич. – Если в понедельник не выйдешь, готовься в бессрочный отпуск!
– Вам бы только причморить человека... – вздохнул я, с ненавистью глядя на замолкший телефон. – Тебя-то, верзилу, никакой холерой не проймёшь...
Чем бы таким ещё подлечиться?
Водки с перцем принял уже достаточно: голову от подушки не оторвать. Придётся всё-таки слезть с кровати.
Я порылся в ящиках древнего бабкиного комода: может, таблетки какие отыщутся?
Самому тратиться на лекарства представлялось мне верхом идиотизма.
В самом низу комода отыскалась потускневшая синяя лампа с отражающим свет металлическим полушарием.
Последний раз я такую видел в старом советском фильме.
Упразднили наши медики синюю лампу, вместе с валокордином и рыбьим жиром. Чёрт-те чем теперь лечат! Ладно. Попробуем...
Я воткнул круглый штепсель в розетку, и лампа тут же озарилась ярким синим огнём. Снова улёгшись, я приблизил световой отблеск к заложенной переносице. Ничего, приятный такой мини-солярий...
И аромат какой-то: пыль, небось, загорелась?
Не уснуть бы, морду спалю! Должен же быть какой-то выход из положения...
Благодаря длинной ручке лампу удалось пристроить в завитках прикроватной спинки. Облегчённо вздохнув, я лёг и расслабился под исцеляющим теплом.
Дышать стало легче, подступила дремота...

Проснувшись, я первым делом ткнул пультом в сторону непрерывно бубнившего телевизора. На экране появился рекламный ролик.
Рослый мужик, согнув голову, прорывался сквозь длиннющую очередь возле кассы. Голос за кадром задумчиво произнёс:
– Его зовут Михаил Синцов. Он не готовится к чемпионату по регби. И не осваивает бег с препятствиями... Михаил Синцов – алкоголик. Ему просто необходимо выпить! Служба доставки «Продукты на дом». Телефон...

Бляха-муха цокотуха! Алкашей уже рекламируют.
Я поднял трубку и набрал номер Семён-Яклича:
– Яклич!! – захрипел я голосом боцмана Израэля Хендса. – В третьем холодильнике сейчас вентилятор сорвёт! А в плюсовом складе два ящика сервелата сегодня спи...дили!..
– Ты чо там, допился до ясновидения?! – удивлённо спросил пиратский бас.
Не ответив, я бросил трубку.
В дверь длинно позвонили. Разумеется, я тотчас же угадал, что за дверью Надька, соседка снизу, и деверь её, участковый из соседнего района. Угадав, я поздравил себя с невиданной прозорливостью и обнаружил, что разговариваю не гундося: насморк уже закончился!
А угадайки откуда взялись?!
Открыв дверь, я с ходу втащил гостей в прихожую и сказал, не давая им рта раскрыть:
– Бельё с балкона попятили соседи справа! Сблевали на него соседи сверху. А заливать Надькину фатеру я и не собирался! В межэтажном перекрытии стояк ночью лопнул...
– Дак, а... – заикнулся Надькин деверь и вытер фуражкой мгновенно вспотевшее лицо.
– И Надька мне в невесты тоже не подойдёт! – отрезал я, спрашивая про себя: а дверной ручкой, деверь, утереться слабо?
А каково было рыцарям кольчугой подтираться?!
– Дык, а... – пролепетала Надька, густо заливаясь бурым румянцем, словно переспелая свёкла.
– Всё, соседи! – сказал я и вытолкал их обратно на площадку. – У меня курс! Синим светом горю... То есть лечусь!

Телефон звякнул, но как-то нерешительно.
Я рявкнул в трубку:
– Администрация президента эРэФ? Соедините с главой!
– Глава у телефона... – прошелестела трубка ровно через минуту.
– Три банка слейте в один: ФиБыМы, ГаБэСе и ЙоМаЁ! Называться будет: Объединённый банк НиФиГаСе! – сказал я, с ужасом вслушиваясь в то, что произношу.
Язык ворочался во рту, как чужой.
Однако речь текла складно, словно кто-то шпарил её по бумажке.
– Кредитовать кого-нибудь будем? – прошелестела трубка.
– Ни в коем разе! – отрубил я, чувствуя, как по спине катятся крупные капли пота. – Пусть акционеры срочно реализуют все непрофильные активы!
– Понимаю... – тихо ответили на другом конце, и в трубке явственно щёлкнуло.
Что ж это такое?
Может, самому себе Кащенко вызвать?
– Кащенко на проводе! – приветливо откликнулась трубка, которую я по забывчивости продолжал держать в руке. – Прослушайте прогноз погоды! В Костроме ветрено, плюс один-три. В Сарапуле дожди... В Петропавловске-Камчатском полночь.
Всё, теперь и Кащенко не поможет, уныло подумал я и бросил трубку на рычаг. Бесцельно блуждая по комнате, я наткнулся взглядом на всё ещё горящий синий кружок над кроватью.
Неужели это бабкина лампа меня так вылечила?
И чего теперь ожидать?

В раскрытую дверь сунулась вихрастая голова Ромки, моего племянника, сына двоюродной сестры:
– Дядь-Лёш! Здрасьте. Я на секундочку... Ой-й, ибёнать...
Ромка подскочил к кровати, где продолжала гореть моя волшебная лампа. Моментально выхватил штепсель из розетки. Шипя, обжигаясь и дуя на пальцы, Ромка принялся что-то выцарапывать из-под синей стеклянной груши. В руках его оказался полуобожжённый мешочек, по виду из какой-то серой холстины.
– Это ж мне Ананд, дружок мой школьный, от отца привёз! Из Индии!! – горестно завопил Ромка. – Говорил, будто шмаль прикольная, я её у бабушки и припрятал. Лучше бы скурил!
– А-а, так вот чем я вылечился... – вслух сообразил я.
Голова отчётливо гудела.
Но прозорливые мысли в ней неслись теперь, не задерживаясь.
Я почувствовал, что извилины остывают, позванивая холодком.
Словно неведомый повар подсыпает мне в распаренные мозги мяту со льдом.
Я попрощался с Ромкой и извинился за нечаянную потраву.
А про себя подумал: разузнаю-ка всё да спишусь с Анандовым батей!
Столько дел в государстве не oкончено.

©Стэн ГОЛЕМ

Мадагаскар

История основана на пьяном (трёпе???) знакомца, отсидевшего в лагерях без малого тридцать лет.


Чутко горы спят,
Южный Крест залез на небо,
Спустились вниз в долины облака,
Осторожней, друг,
Ведь никто из нас здесь не был,
В таинственной стране Мадагаскар ©



В этом лесу Трофим обосновался около полугода назад, когда ночной порой, посягнув на устои, самовольно покинул периметр колонии ИТК-2719\1. Покинул не один, а с таким же «подписанным» и отчаявшимся получеловеком.
Нет смысла рассказывать, как голодные оборванные и обмороженные зэка ползли через уральскую тайгу. Кисета с сухарями, прихваченными с собой, хватило на трое суток, а дальше было худо.

Трофим шёл на верную смерть, но выбора не было. Карты завели его в этот тупик. Проиграть деньги или даже «простотак», не самое страшное, что может случиться. Трофим проиграл чужую жизнь. И это бы полбеды, мало ли на какое дерьмо покажет кредитор. Кредитор показал на положенца… Заказ с воли, очередной передел? Да вернее всего…

Его напарник по побегу, человек недалёкого ума, в зоне был шнырём, то есть уборщицей. Не выдержав пытки голодом, он украл из тумбочки съестное. Попробовал раз, - понравилось. В таких случаях бьют до полусмерти, а на беспредельных зонах можно и в «бабий угол» угодить.

Промаявшись пару суток без сна и покоя, Трофим решился. Детали опускаю, ибо не интересно, и не в них суть. Одно благо, да и благо ли? Именно в тот час, когда зек в машине говновозке покидал пределы колонии, на тайгу обрушилась непогода. Ветер ревел дурным голосом и швырял в лицо целые сугробы жгучего снега.

Под могучими стволами было чуть спокойнее, но на полянах и прогалинах не зевай. Упадёшь и уже никогда не встанешь.
Трофим, сжавшись зародышем, сидел в тёплом вонючем трюме своего транспортного средства и молил бога, чтобы его не нашли, когда люк вверху распахнулся, и на него упало тело.

На повороте к посёлку лесорубов, беглецы один за другим выскочили из своего прибежища и бегом устремились в лес. Водитель говновозки обратил внимание на две тени, но списал это на непогоду, усталость и идиотов волков, которым в зоопарке не сидится.

Они шли-ползли трое или четверо суток. Время утратило свою актуальность, его не было. Была проморожённая насквозь тайга, снег и два отчаявшихся, не человека, тела. На пятые сутки, когда по подсчётам Трофима они прошли около сотни километров, бог сжалился над бродягами.
Это зимовье не нашёл бы ни один человек на свете, если бы Валера, нечаянный напарник Трофима, не провалился внутрь жилища через ветхую крышу.

Инвентаризация счастья не принесла. Два коробка спичек, кусок нейлонового шнура метров тридцати, большой нож и всё. Да! Ещё нахлебник, навязавшийся в друзья. Но нахлебник, дело поправимое…
В подобной ситуации и гениальный мальчик из трюма, расписанный в красках англичанином Майн Ридом, испугался бы, и перегрыз себе горло сразу в трёх местах. Но зэкам, так или иначе, нужна была передышка, и Трофим тупо оттягивал конец. Надежд на хэппи-энд не лелеял, просто жил, подчиняясь самому могучему из всех имеющихся в арсенале человека инстинктов.

По приблизительным расчётам Трофима, исходившего в своё время не одну сотню вёрст пешими туристическими маршрутами, до ближайшего жилья, считая и ИТК, было ни как не менее полутора сотен вёрст. В данном случае зимовье явилось той самой волшебной палочкой, и Трофим решил перезимовать здесь. Пища, его таёжника со стажем интересовала меньше всего. Умный и ловкий человек всегда придумает выход из любой ситуации. Какой бы пиковой она не показалась изначально.

Валера-крысёнок, как сразу окрестил соседа Трофим, сразу же упал на дощатые нары и, зарывшись в ворох шкур, моментально уснул. Пусть спит, бережёт углеводы, его время ещё не наступило.
Трофим огляделся. Вернее всего зимовье наросло из многочисленных кострищ, обкладываемых камнями до тех пор, пока не образовались достаточно высокие стены. Потом кто-то хозяйственный застелил крышу, покрыл её корой и лапником. Новый балаган состоялся.

Внутреннее пространство конечно не танцпол, но жить можно. Примерно семь-девять квадратных метров, из которых львиную долю занимал сложенный из камней очаг, да двое нар под стенами. Высота в самый раз, чтобы постоянно биться головой о трухлявую крышу. Ну что же, не Тадж махал, но бывало и хуже. Обустраивая, свободные нары, мужик совершенно неожиданно нашёл кусок старой засаленной книги. Без корок, начала и конца. Всего-то страниц пятьдесят или чуть больше.

Подсуетившись с ножом, минут через десять Трофим весь раскрасневшийся от работы, имел в своём пристанище небольшой, но горячий костерок. Устроив подобие нодьи, для чего пожертвовал пару подгнивших кусков столба, положенных друг на друга и распёртых между собой мелкими щепками, Трофим пригрелся и сам не заметил, как уснул. Но прежде чем уснуть, в неверном свете костра он внимательнее рассмотрел свою находку.

Вернее всего огрызок какой-то научно популярной книжицы, может быть даже учебника. По крайней мере, содержимое говорило именно об этом.

… Остров Мадагаскар омывается водами Индийского океана и располагается около восточного побережья Южной Африки, отделённый от неё Мозамбикским проливом. Высшей точкой является потухший вулкан Марумукутру…


Далее было оторвано, но Трофима это уже не интересовало. Избитый последними событиями, исхлёстанный снегопадом и морозом, он спал сном праведника. Ему снился дом на Пионерской, виноградник, мама и вечный шум моря.

Вопрос с провиантом решился сам собой. Проснувшись, но, ещё не открыв глаза, Трофим понял, что-то не так. Постороннее сторожкое дыхание щекотало его щёку. Мужчина изготовился, но чуть опоздал. Его напарник видимо уже давно решил для себя проблему, его пальцы подобно хищным когтям вцепились в горло Трофима. Вонючее дыхание гнилозубого рта полоснуло по носоглотке. В последнем усилии Трофим извернулся и вонзил свой нож глубоко в сердце крысёнка.

Брезгливо стряхнув с себя ещё вздрагивающий труп, Трофим сел. Потом упал на колени и так по-собачьи выполз под открытое небо. На дворе была ночь, снегопад прекратился, и небо вызвездило как на парад. Трофим жадно хватал оскаленным ртом колючий снег, пока не напился и не успокоился. Вот и всё, вот и нет проблемы, - повторял он про себя.

Отдышавшись, он принялся за работу. Успеть нужно многое, а времени кот наплакал.
Более трёх часов он при помощи своего верного ножа свежевал тушу Валерика. Заготовленное мясо плотно упаковывал в старые шкуры и при помощи ебене матери и подручных средств, размещал «консервы» на ближайших деревьях.

Потом вымотанный до смерти, он лежал на нарах, жарил на прутиках свежее мясо и читал свою книгу.

… Реки, впадающие в Индийский океан, как правило, недлинные и порожистые, богатые гидроэнергоресурсами, полноводны в течение всего года…

Мяса хватило до самой весны, да и какой из Трофима едок при подобном образе жизни? Спал, ел, гулял. Примерно в ста метрах от зимовья, оно и понятно, он нашёл мелкий и звонкий ручей, незамерзающий в самую жестокую стужу.
Пробовал ставить самодельные силки и даже пару раз вынимал из петель удавившихся излишне любопытных белок.

Вернее всего от одиночества, безысходности и тоски, Трофим незаметно для самого себя (закономерно) отъехал рассудком. Голова Валерика, замороженная и надетая на острый кол, забавляла его до первой капели, потом навязчивый запах заставил мужика выбросить «Валерика» подальше от зимовья. Но пока было морозно, Трофим разговаривал с головой, читал ей свою книжку, рассказывал анекдоты, аккуратно обметая еловой лапкой снег с ледяного лица друга. Ему казалось, что Валерик внимательно слушает его, моргает и улыбается.

Трофим причёсывал его смёрзшиеся волосы еловой веточкой, а когда было особенно морозно, заботливо укрывал старым рваньём, обнаруженным в землянке. В очередной раз, прибирая своего друга, он по нечаянности обломил застывшее на морозе ухо. Попытки прицепить слуховой аппарат на место, успехом не увенчались. Тогда Трофим, дивясь своей хитрости, заострил ножом две щепочки, отогрел в ладонях и прибил ухо к голове. Теперь оно держалось просто замечательно. Полюбовавшись на свою работу, Трофим довольно улыбнулся и, потрепав Валерика по щеке, ушёл спать.

… Малагасийские десертные традиции берут свои истоки из кухни туземных племён с вкраплениями французской кухни. Таким образом, десертом может считаться любой свежий фрукт, посыпанный сахарным песком, начиная от обычного яблока и заканчивая экзотическим плодом баобаба или эндемичным «пок-пок»…

Человек бредил, ему снились, виделись зелёные холмы Мадагаскара, его голубые реки и искрящие брызгами водопады. Жар держался двое суток, а потом отступил. Трофим, пошатываясь от слабости, вышел на воздух. И первое что заметил, это запах, ни с чем не сравнимый, вечный и будоражащий нервы запах весны.

Трофим вновь выжил, обманул, победил костлявую лярву-смерть. Воздух заметно прогрелся, днями становилось всё теплее и теплее, хотя ночи оставались, всё так же холодны. Ну, на то они и ночи.
Трофим читал свою полукнигу и видел словно наяву, как он свободный, весёлый и независимый сходит по трапу в порту Антананариву и шоколадные носильщики-малагасийцы наперебой предлагают ему свои услуги. Когда-нибудь это случится, дай бог!

А весна давно вступила в свои законные права. Всё таяло, всё оживало и смеялось солнцу. Остатки так оберегаемого Трофимом мяса, всё же кто-то спёр. Мужчина подозревал росомаху, но гнал от себя эту мысль, как неудобную и весьма неприятную.
Научившись ловить рыбу в ручье, он не испытывал недостатка в съестном, а к своей людоедской зиме относился философски, как к производственной необходимости.

Очередной раз, выйдя на промысел, он испугался. Следы росомахи, из-за несуразной ширины трудно спутать со следом иной скотины. С этой мразью ухо востро, собственница до мозга костей. Убьёт просто, на всякий случай. Несколько дней почти безвылазно просидел в зимовье, уповая на костёр да верный нож. Однако тварь почему-то утратила интерес к человеку-людоеду и больше не возвращалась. Вернее всего почуяла своего, - хищника.

В этот день он лежал на прогретом солнышком холме и, подставив лицо ветру, смотрел в бездонное небо. Полусон, полуявь, лёгкая дрёма, истома. Сквозь сон он услышал собачье тявканье. Судя по звуку, болонка или подобная же визгливая мелочь. Трофим насторожился, а лай послышался вновь, но уже другой, более басовитый.

Собаки! Откуда?! Трофим встал на карачки и как мог тихо, задом стал спячивать в кусты шиповника. Он так и не понял, что упало ему на спину, просто не успел.
Мощные зазубренные резцы росомахи капканом захлопнулись на его шее, потом рванули, ещё раз и ещё. Через минуту или даже меньше, человек-людоед лежал мёртвый. Самка благосклонно посмотрела на кормильца и милостиво тяфкнула, тогда как самец деловито заваливал добычу ветвями и листвой… пусть вылежится, отмякнет и напитается вкусными соками разложения…

…Первое посещение Мадагаскара европейцем произошло в 1500 году, когда судно португальского путешественника Диого Диаса, направлявшегося в Индию, отклонилось от курса и пристало к острову. В свете важного географического положения Мадага…

© Евгений Староверов

Тест

- Здравствуйте! Разрешите?
- Да-да, пожалуйста, проходите. Итак, я психолог отдела кадров, меня зовут Ольга Николаевна. Сейчас мы с вами проведем небольшое собеседование, по результатам которого будет принято решение о приеме вас к нам на работу.
- Чо? А, понял.
- Да хули ты понял мудило? Только и слышишь от вас всех – «Я поооонял». Да нихуя ты не понял! Щас будешь тут тупить по три полчаса над каждым вопросом, откуда только такие долбаебы берутся!
- А-а-а-а…. Не понял…
- Ну вот блять! Он не понял! Лупень сельский бля!
- А чо это вы на меня кричите?
- Извините, вырвалось. Продолжим. Вот ваши результаты определения уровня интеллекта.
- А?
- Ну епта, айкью блять! Что с результатом? Ну, все ясно – семьдесят один…
- А что это значит?
- Это значит, что у тебя через зрачок видно заднюю стенку черепа!

- Стенка… Да, я как-то раз сломал головой стенку. Случайно…
- Оно и заметно. Бля, да тупее тебя только обезьяны и Буш-младший!
- Кто?
- Епт! Не грузи себе мозг, эта информация тебе совсем ни к чему. Так, что там с полиграфом? Бляяаааа, сгорел при проведении тестирования… Епт! Откуда такие берутся?! Ладно, смоделируем ситуацию…
- Чо?
- Так блять! Отключи мозг нахуй! Думай мозжечком! Итак бля! Ты идешь по улице! Понял?
- Чо?
- Бля, ничо! Ты бля! Идешь бля! По ебаной улице! Видишь – хулиган напал на старушку, хочет отнять кошелек. Твои действия?
- Чо? А, понял… Ну… это… Въебу!
- Кому бля? Бабушке?
- Ну… это…
- Вот тормоз бля… Да что за день такой?
- Я и хулигану могу въебать…
- Да уж, мозгов-то совсем нет. Дальше что?
- Ну это, бабушку до дома провожу…
- Как ты её проводишь? Ты же ей въебал! Ладно хоть не выебал…
- А чо, надо? Так я…
- Да знаю, можешь… Ладно, еще вопрос. На тебя нападают три вампира, а у тебя осиновый кол только один. Что делать будешь?
- Ну… это…
- Въебешь? Выебешь?
- Неа, я тогда пить брошу.
- Ладно, на этом закончим. Результаты в отделе кадров завтра получишь.
- До свидания.

Из заключения психолога:
«…эмпатия (доброжелательное отношение, мягкость, открытость, способность к поддержке других людей) – средний уровень; фрустрационная толерантность (устойчивость к стрессовым ситуациям) – высокий показатель; решительность и агрессивность – высокие; воображение отсутствует. Рекомендован к приему на работу в патрульно-постовую службу»…

- Извините, у меня вопрос…
- Ну что еще?
- А хулигана того все-таки надо было выебать?
- Бляаааааа…

«…Рекомендован к приему на работу в патрульно-постовую службу, сержантский состав».

Звер-хамякк ©