September 24th, 2008

Про неудавшийся минет под дождём

Где-то в первой половине июля случился у меня мини-adultère - в принципе ничего особенного: оральный секс с женщиной (31 год, коммерческий дир-тор) в её офисе (крупная проектная организация). До этого у нас там в течение месяца проходили многократные коммерческие переговоры, то есть раньше я с ней общался исключительно по делу, но, толи тогда мозги были засраны работой, толи ещё хуйня какая, но простая человеческая мысль «нада ей вдуть!» в моём мозгу чётко не формулировалась. Стареем, а хули?! А тут на последней встрече мы наконец-то всё согласовали по нашему нашему ниибацца проекту развития территории (девелопмент развивать - это вам, знаете ли не хуй дрочить сабачий!) и в момент прощания, как сказали бы любители красивого слога: мы встретились глазами и между нами вдруг пробежал мощщный эротический разряд… проще говоря, это когда и вы и она без лишних слов отчётливо понимаете, что секс здесь и сейчас неотвратим. А мысль вообще то, как говорят знатоки, штука материальная.

Тут надо немного пояснить по персонажу. Женщина за 30 для кого-то может уже и матюрэ, а мне так в самый раз. Пока, по крайней мере. Да и ебали мы уже этих «маладых и юных» во время кризиса среднего возраста так, что шуба заварачивалась… короче, директриса эта на вид была ебабельна весьма: фэйсом не Шерлиз Стерон, но и не Новодворская, конституция где-то Анфисы Чеховой, в меру болтлива и смешлива, роста где-то 165-170 на каблуках, сиськи на вид так номер 3 с половиной, попа стульчиком - как говорил о таких мой друг Андрей (покойный ныне): среднерусская низкосрущая. Кроме того во время этой нашей встречи она была в очках. Как потом мне сказала, что вообще то носит линзы, а тут решила выебнуться. Для меня же очки на женщине - фетиш неибацца, писАл уже тут не раз. Короче говоря, не знаю, что там у неё в голове было на мой счёт, а у меня было примерно так: на протяжении всех наших предыдущих деловых встреч мой мозг активно принимал визуальную картинку потенциальной половой партнёршы, обрабатывал этот сигнал, но ввиду перегруженности оперативки дальнейший процесс обработки данных подвисал (чё та хуевато с многозадачностью становицца) и развития нихуя не было. Тут же с появлением такого ниибацца мощного фактора как очки мой процессор «пробило», он всё сложил в одну цепочку и выдал единственное возможное решение - ебать немедленно. Вот такой ход мысли, гуси-лебеди. Ну да ладно… В последующие 5 - 7 минут эта нехитрая мысль без особых прелюдий была материализована нами в форме минета. Надо сказать, что вообще такого рода офисный fast-sex - штука зачотная. Понижает давление в «баллонах» одновременно повышая самооценку и адреналин. Но первое важнее. Имхо, канешно.

Ну и что собственно такого произошло, спросите вы, из за чего надо было городить это всё сюда? Ну дал в башню, ну в офисе - и хули? Она ж не Памелла Андерсен и даже не Анжелина Джоли?! Тем паче, что проектировщикам этим платишь пади дахуя - да она не только отсосать должна… Не сцыте, родимые, не сцыте - всё будит впереди.
Так вот. После того раза мы с ней какое-то время не общались, а потом опять встретились, случайно, в августе на выставке в Крокусе - СТРОИТЕЛЬНАЯ НЕДЕЛЯ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ - 2008. Ну встретились и встретились - про минет ни слова, на выставке тем для обсуждения и так дохуя, то да сё, короче, пригласил короче я её в ресторан - мы собирались после выставки туда с нашей фирмой-застройщиком идти плюс ещё какие-то халявщики, до кучи я её и прихватил. Приехали в ресторан где-то около восьми, нас было рыл 10-12. Так как обычно на выставках днём не до еды то жрать нам хотелось как медведю бороцца а Ломоносову - учиться. Сели-выпили-закусили. Пиздёж рабочий там, шутки и т. д. Я ей вино полусухое, себе - виски. Вижу, влилась она в компанию - шутит, смеёцца. Время идёт… В какой-то момент я о ней забыл. Тут она меня под столом ногой толкнула. Напомнила типа о себе. Я отвлёкся от разговора с коллегой на неё. Присмотрелся - а моя директорша находицца в той пограничной стадии опьянения, когда речь ещё вроде свЯзная и глаза вроде не закатывает, но накати ещё немнога - и ей можыт прийти тотал эклипс. Перспектива же общения с пьяной в жопу бизнес-вуман вызывала сильный приступ грусти. А грустить не хотелось. Кроме того по ходу посиделок коллега справа предложил ахуенно «свежую» идею - продолжить в сауне, с «русалками».

Идею быстро поддержали и я уже подумывал как бы так директрису деликатно спровадить нахуй. Но видать у неё в планах грустить тоже не было. Она наклонилась ко мне, и, как опять же, сказали бы апологеты красивого слова, прижав свои уста к моему уху жарким шепотом спросила: - выйдешь со мной? Я же, мыслями пребывая уже в сауне, спросил в ответ: ты уходишь? Она: - да, но прежде давай выйдем на минутку. Я про себя: атлично! Вслух: - ну пошли. Мы встали и пошли к выходу. Проходя через холл с туалетами, она остановилась и спросила: Зайдём? Туалеты в ресторане были юнисекс - без табличек М и Ж. Я уже было начал изысканно шутить типа, зайдём вместе и пасцым на брудершафт, но вовремя вкурил тему: йоптыть! Какое пасцым, мудило?! Дама перед уходом предлагает тебе заняться сексом в туалетной комнате!!! Ээх, бля. Через секунду мы уже были внутри и я закрывал дверь на щеколду. Так как ресторан был, скажем так, штоб не шыбко выйобывацца, очень хорошый, то и туалет был ему под стать: внутри пахло лавандой, в углу стояла ваза с засушенными розами и негромко фоном из динамика играла музыка. Далее события начали развивацца как в дишовой парнухе. Она давай целоваться и рукой расстёгивать мне матню. Я - задираю ей блейзер, а па-ходу и бюстгалтер ( Нахуя?! Стереотипы!). Она опускается передо мной….и тут БЛЯДЬ мне наступает пиздец: по ходу высвобождения моей мамбы из трусоф наружу я чётко понимаю, что ни о каком минете в ближайшие секунды и минуты и речи быть не может! Сцать охота що пиздец! Припёрло за всю хуйню! Давление в моём коллайдере атмосфер 500 блядь! Мысль в галаве уже только одна: минет - отставить, срочно сцать! Я уже открываю рот, чтоб сказать ей, типа: - Света, Ахтунг! хэндэхох, zurück! и тут она делает одну ахуенную вещь - она быстро берёт своей ручкой мой кокон и начинает его приподнимать, мягко так сжимая, и одновременно подводя свой рот к моему микрофону. Я хуйивознает как сжатие мошонки связано с работой мочевого пузыря, но судя по паследствиям связь эта ниибацца какая линейная - как только она начала сжымать мне яйца все мои последние усилия по сдерживанию «прорыва плотины» испарились, клапан мгновенно аткрылся и мощщная струя свежайшей мачи ударила прямо ей в табло! Очки чуть не смыло нахуй. По её реакции я понял что приём «золотого дождя» в её планы нихуя не входил. Её суетливые попытки сразу увернуться от струи были малоэффективны ввиду нашей диспозиции: я стоял спиной к стене расставив ноги, она сидела внизу передо мной типа на корточках пачти вплотную фэйсом к елде. Тем не менее она мгновенно отпустила маи яйцы и инстинктивно откинулась назад, но выпитое вино и крайне неустойчивая поза не дали ей возможности быстро покинуть зону поражения - короче говоря жопа перевесила и она таки уселась ею на пол. Так что «золотой дождь» принять ей всё же пришлось: попало не только на лицо с макияжем и очками, но и на её блейзер и причёску. И мне рикошетом штаны и туфли забрызгало. Комическая картина. Просто абасцаться, блядь! Где были паппараццы?!

Ну я с грехом папалам сцедил что оставалось в рукомойник и типа к ней, мол дарлинг, ду ю нид э хэлп? И шо вы думаете она?! Она начала ржать. Ебануцца! Сидела и ржала. Потом успокоилась, встала, кое-как привела себя в порядок и говорит мне: вообще-то, когда я услыхала там за столом что ты собираешься куда-то в сауну пездовать с «продолжением» я дала лёхкую обиду, так как рассчитывала что после ресторана у тебя будит со мной продолжение, но потом думаю: ну хули обижаться?! Щас я с ним тут па-быстраму… в туалетике…а патом пускай пиздует нахуй к своим русалкам в баню! Вроде всё складно должно было быть, ан на те - какой конфуз! Я говорю: да уж, блядь, абасцаться какой канфуз, а про себя думаю: вот так вот тебе и надо! Ибо нехуй на основании каких-то своих фантазий на меня планы строить. Пустое это. Провёл её к выходу и пока-пока… целовать её на прощание я не стал.


ЗЫ: А в баню с коллегами я естессно попал и русалок там пропёрли - мама-не-горюй, правда без такого экстрима. А с директоршей этой я пока не встречаюсь - по работе вроде нет повода (но скоро будит), а просто так без повода - мне как-то неудобно, хуйивознает что говорить (человека-то обосцал!) - глупая ситуацыя. А я ещё такой, что при встрече пошутить могу как нибудь неудачно (для неё) или просто начну ржать - тут уж не до минетов будит точняк и ещё не дай Бог на нашем проекте отразиться. Так что такой вот пердиманокль, гуси-лебеди. Сижу щас как на шпагате. А ведь встретиться с ней скоро прийдётся… Как там пел Корнелюк: «подожди-дожди-дожди, Я оставил любовь позади и теперь у меня впереди - дожди, дожди, дожди…»

© И. Рыгало 2008

Невыдуманные истории пра Прэса

Если вы, дарагие маи наивные фтыкатели, подумале, что щас пайдет нудная и в хуй никому не впившаяся маза за короля рок'н'ролла, то вы непростительно ошиблись (в этом месте все true-фэны Элвиса просто обязаны сосредоточенно уебацца галавой об монитор и закрыть крео!).
Сегодня, гаспада, вы услышыте правдивые бытовые мини-истории из жизни моего двоюродного братца - Прэслега (в миру - Андрюха).
Начнем, пожалуй, с того, как он, каварная сука, отхватил такую казырную погонялку...

ПРА КЛИКУХУ

Кароче, решил Андрюха приобщицца к модной, в те времена, панк-культуре. Как вы могли догадаца, его духовным отцом и наставником являлся беспесды я.
- Андрюх, йопта, а давай тибе на тыкве сделаем экзатический иракезищще! - осторожно предложил я.
- А хуле, в лехкую! Надо же с чего-то начинать!
Во имя контр-культурного прогресса, Прэсли спиздил у бати недавно привезенную из Португалии парикмахерскую машинку, и мы с ним рванули ко мне на хату.
Я поставил стульчик, расстелил клеенку - вопщем, все чин-чинарем, сопли пузырем!
Как гаварицца, мы волосатых институтов не кончали, по понятиям стрич не могем, по-этому хаер получился, прямо скажем, неприемлемо хуевый. От иракеза осталась тоненькая полоска по периметру черепа, астальная поверхность - налысо нахуй.
Ну хуйсним, пошли мы с Андрюхой на футбол, пацаны там его ожесточенно подъебывали, но быстро смирились. И тут, возле футбольного поля, остановился Андрюхин батя на служебном УА3иге и сука недвусмысленно поманил пальчегом. Прэс сразу как-то помрачнел весь, ссутулился и, шатаясь, попиздовал на голгофу нах. Батя оперативно затолкал его в бобик и увез домой. Так хочеца написать, што больше мы иво никогда не видели, да только вот хуй вам, а не гламурные сандали!
Дома дядя Толя (батя его) дал Андрюхе доверительных отцофских пиздячек, аргументируя это тем, што на улице за такой пиздо-стайл объем и качество пиздячек были бы на два-три порядка выше. Ну, типа, из двух зол выбрал меньшее. Только вот ЗЛО у дяди Толи весит килограм пять-шесть, и один удар этой хуевиной может свободно отправить в глубокую нирвану бигимота средних размерафф.
Мало того, што он дико отхуярил пацаненка, так ещо и надругался над его причесоном. Обрил его наголо и оставил на лбу небольшой клочок волос - типа, у пацана па-любэ должна быть челка, и ниибет!
- Пап, а можна я себе хотя бы ухо проколю, а?
- Я ща тебе глоза ножницаме проколю, ога? - и тут до Прэсли наконец дошло, што батя его агрессивно относица к новым молодежным течениям, и, к тому же, больно дереца, сцуко...
Ну, естественно, когда он вышел на улицу, мы его спросили - чо эт у тя за хуибола на лысине, как у мускулистого хохла из мультега про казакоф?
- Батя сказал - "челка", хули. Такшта идите нахуй!
Ну тут мы, ясенхуй, абасцались от смеха, а Жека Рыжий молниеносно прихуярил к нему кликуху - Элвис, которая потом и модифицировалась в Прэсли.

***************

ПРА ПАЛКУ

Как-то к Жеке Рыжему приехал погостить старший хуйзнат-скока-юродный брат - шпала ахуефшая, тоже Андрюшей звать, 21-го года возрасту и где-то 2-х метров над уровнем почвы нах. А нам-то, пиздюкам, интересно, хуле. Дядко такой, а с наме шараебиццо.
И вот пашли мы, значит, в лес за поперечными балками для забора. Андрюха с Жекой балки эти ебаные ищут, а мы с Прэсом в рыцарей играем. Нашли какие-то дрыны и ебошимся. Мне эта беспантовая хуйня быстро надоела и я присоединился к старшим. А Прэсли похую, он и не заметил, автоматически переключившись в режим пизделки с ближайшими деревьями. Увлечонно ещо так - кийа! хайа! вот нихуя?! - пиздошит безобидные деревца и слюной брызжет, как поливальная машина.
- Слы, Прэс! Ты не махай-ка этой ебатой, а то ща каму-нить по хую отскочит! - кричит ему Жека.
- Не ссы, пизда рыжая, щас у этово мутанта хэлс-поинты кончацца и я к вам присоединюсь... - и продолжил тупо ебошить по какому-то дуплу.
Я, чесна сказать, так и не понял тогда, чо ему это дерево сделало... Мож денек задолжало, а мож надерзило лишнего... Но КАК он уебал по нему! С КАКОЙ блядь СИЛОЙ!!! Я никогда бы не подумал, что в пиздюканских культяпкам может скрываца такая гиганцкая мощщь...
Палка, ясенхуй, имела неосторожность переломица пополам. Одна часть осталась в трясущихся от восторга руках Прэсли, а другая... - што б вы думали? - с бешенной подкруткой уебенила Андрюхе прямо по залупе! Бля, Аллах не даст списдеть, клянусь сваими яйцами - все так и было!
Андрюха согнулся пополам, орет, как ебущаяся Гадзилла. А Прэсли сделал ебло из серии "я - не я, и лошадь ваще на батю оформлена". Стоит с огрыском палки в руках и не знает, чо делать: смеяцца иле плакоть (правильный вариант: нарезать надо было со скоростью апкуренного гепарда).
Шпала с почерневшей залупой, тем временем, пошатываясь, встала и без лишних слоф уебла большим кулаком по маленькой прэслиной галаве. Элвис пощщитал ниибаца корректным тут же укувыркацца в кусты. С тех пор он никогда не брал в руки ничего длиннее и толще сопственнава хуя. Ибо нахуй.

***************

ПРА ХУЕВУЮ КАРМУ

То ли он в детстве себе линию жизни покарежил, пасрецтвом дрочки... То ли у него на какой-нибуть чакре изолента размоталась... Но факт есть факт - карма у пацана паталогически ебучая, то есть все, што находицца у нево в руках - непременно идет по скользкой и максимально буеракистой пизде.

Помню у меня на руке вырос ахуенный волос. Все маленькие, а он - не списдЕть - сантиметров 15, ога. И белый, как жопа у пингвина.
Я в школе - суперзвезда, очередь выстраивалась, штоб на ниво пасматреть. Ну а брательнику, по блату вне очереди, как ни дать заценить мутанта? Он ведь и поебалу может стукнуть...
- Хуяссе, Димон, смари какой здаровый сука! - и не успел я одернуть руку, как моя гордость уже летела на пол...
- Ах ты нахуйсукабля казел ебаный!!! - взревел йа.
- Спакуха, братан! Я не при делах, он сам вылез, от старости, йопта. Видал какой седой был! - и глозаме хлопает виновато, гандон.

Или, помню, заебенили мы с ним в огороде ахуенную тарзанку на сливе. Я-то сука, умный как-бы, гаварю:
- Давай Прэс, тебе пердоставляеца честь открыть оттрахцион!
Ну тот герой бля. Квалифицированый Тарзан, хуле уж скрывать. Залез, и с баивым криком: "Йаба-даба-ду!!!", сорвался с дерева и стенобитным орудием прохуярил своей летящей тушкой деревянный туалет.
Видно заебись приложился, патамушта когда я привел взрослых на помощь, Прэсли уже о чом-то разговаривал с Буддой.
Кстати, ему тогда заебись попало по черепу осколком шифера, и нам было нихуя не до смеха.
С тех пор у него появился воображаемый друг - Чарльз.

В детстве, когда мы жили у дяди Толи, к нам часто приезжал дед на велосипеде. То ништяков каких-нить, типа варений и саленых агурцоф, притаранит, а то просто у дядьки какую-нибудь железяку спиздит иле бензин сольет. Ну а пока он эту хуйню проворачивал, мы с Прэсом пазитивно катались на его велике, хуле.
Ну и вот, када пришла очередь Прэса, он решил выполнить невиданный до селе трюк, а именна - проехать вниз по главной улице один квартал. Поддерживаемый апладисментаме ликующей толпы он остервенело стал накручивать педальки. И вот когда он набрал пиздатую скорость, ево виласипед паходу попал в зону невъебенной турбулентности или ещо какой-нить ебучей воздушной ямы.
Как его заколбасило и зашатало - дай бох каждому! Кстате, по этой же дароге спускались, после тяжелого рабочего дня, бабульки из церкви. Ну и чо вы думаете? Правильно, йопта! Так ниинтересна, вы уже все знаете!...
На торпедной скорости Прэсли уебался в отдельно взятую бабульку и, не сбрасывая оборотов, павез ее дальше, на переднем колесе. Та от удивления оперативно проебала сваю клюшку и стала жоско молица, прямо на колесе. Прэсли же, увлеченно наебывал ей левой рукой по седой черепушке, так как в ево планах не числился бесплатный извоз немощных старушенций.
Когда этот необычный экипаж наконец благополучно наебнулся, бабулька молниеносно нащупала свою клюку и стала наябывать ей по прэслевской хребтине, пока тот не съебался на безопасное расстояние от велика. Бабулька, подняв с земли потрепанный байк, поставила его к столбу и стала активно охранять, ворча и угрожающе размахивая клюшкой.
- Иди нахуй, старая... Велик отдай, бля!... - туда-сюда дергался Прэс, боясь попасть под губительное воздействие деревянного орудия.
- Я вот щас дедушке твоему скажу, он тебя мигом проучит, баляснег такой... - не унималась старуха.
- А мине поебать... Велик верни, сука!
Как оказалось, поебать ему не было не разу, патамушта когда пришел дед и, особо не вникая в суть конфликта, выдал пиздячек авансом и Прэсу и бабке, мало не показалось никому. Даже мне пару печенющек прилетело, за низашто блядь...

Вот такой у меня братишка чрезвычайно травмоопасный элемент и ахуенно деструктивный малый, ога.

P.S.: Все истории имели место в реальной жизни и нихуя не выдумка. Аффтар занимался лишь сосредоточенным ковырянием в памяти и художественным оформлением текста, беспесды.

@Сантехнег Иоганн

"Про принцев"

Мы будем вас беречь. Мы будем вас холить и лелеять. Мы будем стирать вам носки, и делать праздничные минеты с проглотом.
Будем жрать ради вас мюсли, похожие на козье говно, и салаты из капусты. Будем до потери сердцебиения убиваться на беговой дорожке в спортзале. Будем выщипывать брови, и выдирать воском нежелательные волосы на своём теле.
Мы будем рожать вам детей.
Любить ваших мамочек.
Гулять с вашими стаффордами.
Опускать за вами сиденье унитаза.
Слушать ваши мудовые рыдания: «Тебе не кажется, что ОН у меня такой маленький? Оооо… И стоИт как-то не так… А ты меня не бросишь, когда я стану импотентом? Обещай мне! Поклянись на бабушкиной Библии!»
И мы будем вас любить.
Потому что вы – МУЖЧИНЫ. А мы – мы любим чувствовать себя страдалицами.
Мы. Женщины.
Созданные для вашего комфорта и для вашей же головной боли.
Плюс к минусу, минус к плюсу…
Когда мне было четырнадцать, я свято верила в принца. Пусть даже и без коня. Хрен с ним. С конём.
Мой принц должен был быть красив, высок, кудряв, голубоглаз, и очень хорошо воспитан.
В семнадцать лет я поняла, что мой принц – это хохол из Винницы. Естественно же без коня, без кудрей, и без голубых глаз.
Я воспевала Домострой, вдохновенно пекла пирожки с капустой, варила борщ на сале, как научила меня твоя мама, молча собирала по дому твои носки, и замачивала их в зелёном тазу. Тоже, кстати, подаренном твоей мамой нам на свадьбу.
Я отпускала тебя с друзьями в баню с проститутками, пока сидела дома беременной, а потом отстирывала с твоих, вывернутых наизнанку трусов, губную помаду, и страдала.
Потому что ощущала себя частью женской общины. Которая ДОЛЖНА была страдать.
Я с гордостью могла внести свою лепту в разговор на тему: «А вот мой мудвин вчера нажрался, и…»
Ты не оценил моих героический усилий, и съебался.
Положив тем самым начало моему долгому и длинному поиску Другого Принца.

В двадцать лет я поняла, что Принцев можно классифицировать. На:

1) Чужих Принцев
2) Потенциальных Принцев
и
3) Нихуя ни разу не Принцев

Чужие Принцы тем и ценны, что они – не твои. И большой вопрос – останутся они в Твоём королевстве, или ускачут к своей Принцессе. Которая сидит дома, воспевает Домострой, и топит вонючие носки в зелёном тазу.
Чужой Принц, как правило, обладает и конём, и кудрями, и членом в двадцать сантиметров – в общем всем, чем положено обладать Твоему собственному принцу, которого у тебя почему-то нет.
Чужой Принц приезжает к тебе по пятницам, в десять вечера, дарит тебе цветы и плюшевого мишку, потом смущённо выходит на балкон, звонит своей Принцессе, скорбно сообщает ей, что у него сегодня корпоративка, и он вернётся утром, клянётся ей в любви, а потом ложится в Твою постель, и до утра упражняется в искусстве орально-генитального секса, оглашая помещение криками страсти.
К утру глаза Чужого Принца затягиваются грустной поволокой, как два озера туманом, и непременно следует неотъемлемый монолог:
«Девочка моя, родная моя, почему? Ну почему я не встретил тебя раньше? Где я был? Где ты была? О.. Какая боль… Я не хочу от тебя уходить… Я хочу вечно лежать в твоих объятиях… Но, чёрт подери, время уже восемь, и мне пора домой. Не скучай, моя любимая, в следующую пятницу я вернусь!»
Да. Иногда они даже возвращаются. На месяц или полтора.

В любом случае, коллекция плюшевых медведей пополнена, и ты не ломаешь голову над тем, что подарить малознакомой подруге на день рождения.

Потенциальный Принц – это заготовка человека с хуем. Не отшлифованная никем до конца.
Потенциальный Принц не имеет, как правило, ни-че-го, кроме какого-то одного НО.
Это может быть какой-то ниибический талант, который Принц не смог реализовать самостоятельно, или неземная красота, или хорошо подвешенный язык – неважно.
Главное, что глаз сразу цепляется за какую-то деталь, и ты начинаешь долго и кропотливо ваять из него Своего Принца.
Ты обзваниваешь всех своих знакомых, чтобы пропихнуть талант Своего Принца повыше. Ты ищешь ему работу, и кормишь деликатесами.
Ты объясняешь ему, что не надо тереть клитор пальцем, как трёт ластиком единицу в дневнике второклассник.
Ты учишь его заниматься любовью, а не дрочить бабой.
Ты любовно вытачиваешь каждую деталь.
На это, порой, уходят, годы…
А в оконцовке ты имеешь вполне сносного Своего Принца, который хорошо зарабатывает, царь и бог в постели, который никогда не нассыт мимо унитаза, и всегда моет за собой посуду.
Радуйся, женщина.
И поспеши. Потому что радоваться ты будешь недолго.
Очень, очень скоро Твой Принц сложит свои вещи в купленный тобою клетчатый чемодан, грустно погладит тебя по голове, и скажет в сторону: «Малыш, спасибо тебе за всё. Я очень благодарен тебе за твою заботу, но я полюбил Машу. Ты – умная женщина. Ты поймёшь меня. Любовь – это прекрасно. Не правда ли? Ну, прощай, малышка. Я тебе когда-нибудь позвоню»
И ты стоишь у окна, приплюснув нос к холодному стеклу, и смотришь, как твой Принц уезжает к Маше.
Которой он не будет натирать клитор до волдырей.
У которой не будет занимать деньги.
И с которой будет заниматься Любовью. Именно так, как ты его учила все эти годы.
Умничка.После всего этого, как-то незаметно начинает пропадать вера в существование Принцев, и в твоей жизни появляется Нихуя Ни Разу Не Принц.
Как правило, его зовут Петя. Или Вася. Или Коля.
И появляется он в твоей жизни стихийно и случайно.
Это может быть водитель, который подвёз твою пьяную тушку в пять утра из «Самолёта» домой.
Или сантехник, который пришёл чистить твой унитаз, после того, как твой отпрыск спустил в него полукилограммовый апельсин.
Или врач, которого ты вызвала на дом, потому что непонятно с чего, блюёшь уже пятый день.
И ты с ним разговариваешь, и понимаешь, что он тебе, в общем-то нахуй не нужен.
И ты ему тоже не нужна.
Но вот почему-то он пригласил тебя в кино, и ты согласилась.
А потом кино закончилось поздно, и он пошёл тебя провожать. И по дороге он рассказывает тебе о своей работе, а ты слушаешь вполуха, и тебе хочется спать.
А у него тоже глаза слипаются, а живёт он в Бутово.
И ты укладываешь его у себя в соседней комнате, а утром вы пьёте кофе на кухне, и обсуждаете, куда пойдёте вечером.
И всё это как-то поверхностно… Случайно… Глупо и неинтересно.
Тебе нужен хоть кто-то, кому можно перемыть кости в компании подруг.
Ведь лучше вскользь обронить: «Да, есть у меня щас один мужик… так себе, ничего особенного… для здоровья. Пусть будет. Как что интересное подвернётся – нахуй пошлю. Ага», чем молча слушать других, иногда вставляя: «А вот когда, пять лет назад, я жила ещё с Володей…» В первом случае ты сойдёшь за нормальную, а во втором – за пиздострадалицу.
Что лучше?
И вот однажды твой Петя (Вася, Коля) проснётся в твоей постели.
А ты посмотришь на него, и поймёшь, что дело уже зашло далеко. И что пора сделать вид, что вы с ним незнакомы.
И в последний раз ты наливаешь ему кофе на кухне, улыбаешься, и закрываешь за ним дверь.
И сразу же выключаешь все телефоны.
А через три дня понимаешь, что тебе не хватает этих походов в кино. И утреннего кофепития. И небритых щёк. И в туалете сидушка унитазная опущена. Это как-то неправильно. И Мужиком в твоём доме больше не пахнет.
И ты злишься на себя, а сама смотришь в окно, и ждёшь неизвестно чего.
А потом ты включаешь телефон, и тебе приходит СМС-ка: «Я без тебя не могу! Мне тебя не хватает. Не хватает голоса твоего, смеха, улыбки. Тоненьких рук. Я люблю тебя, слышишь?»
И ты краснеешь и улыбаешься. И перезваниваешь ему. И совершенно неожиданно для себя, говоришь: «А я тебя тоже люблю..» И – пугаешься на секунду.
Потому что он – не Принц! Совсем-совсем не принц!
… Тогда почему, стоя рядом с ним в ЗАГСе, и произнося сакраментальное «ДА!» - ты наконец чувствуешь себя Принцессой?

Эпилог.

Мы вас любим.
Мы вас бережём.
И мы вас будем беречь. Всегда.
Вы – наши мужья, любовники, отцы наших детей и просто Друзья.
Мы часто ошибаемся, обжигаемся, становимся упрямыми – не обижайтесь.
Мы – женщины. Нам – простительно.
А вы не ошибётесь никогда.
Потому что умеете то, чего не умеем мы.
Вы умеете делать из нас Принцесс.

© Мама Стифлера

Сочинение, история про домового

У Димы Тютина был знакомый домовой. Домовой как домовой - Димин ровесник, только Дима учился в третьем классе, а домовой в школе не учился.
Пошел как-то раз Дима рано утром выбрасывать мусор, вдруг слышит - в мусорном баке кто-то скребется, пыхтит и пытается крышку бака изнутри открыть. Дима крышку открыл, а оттуда вылезает мальчишка - маленький, как хомяк, и грязный, как микроб.
- Ты кто? - удивился Дима.
- Кто-кто! - сердито отвечает мальчишка. - Дед Пихто! Лёшка меня зовут...
- Ты что, живешь здесь?
- Ещё чего! - возмутился мальчишка. - Я в подвале живу, у меня там квартира! Сюда я так заглянул, по делу. А какой-то дурак на меня сверху целую кучу мусора ка-а-ак вывалит! Да ещё крышку закрыл!
- И долго ты так просидел?
- Да почти всю ночь! Теперь в таком виде хоть домой не показывайся, от мамки попадет, - засопел Лёшка носом.
Посадил его Дима в карман, отнес домой, вымыл его под краном, одежку его выстирал и утюгом высушил. А потом отнес Лёшку домой, к подвалу. Так они и подружились.
Лёшка часто приходил к Диме в гости, чинил его сломанные игрушки, играл с Димой в шахматы и шашки, катался на игрушечной железной дороге и купался в аквариуме. А Дима рассказывал ему о школе, научил читать и писать, и обещал, что когда вырастет и станет капитаном дальнего плавания или летчиком, будет всегда брать Лёшку с собой и покажет ему весь мир.
Как-то раз, в самом начале учебного года, Дима прибежал после уроков домой, быстро переоделся и убежал играть в футбол. И гонял мяч до самого вечера, пока не стемнело. А когда ребята разошлись по домам, то вспомнил, что за уроки он еще не садился, а к завтрашнему дню надо было написать сочинение "Как я провел лето". Сел Дима на лавочку и загрустил. Какие уроки, когда уже глаза слипаются? Вдруг видит - вылезает Лёшка из подвала.
- Привет, Дима! - говорит домовенок. - Чего такой грустный?
- Плохи мои дела, Лёшка, - вздыхает Дима. - Кажется, придется мне завтра первую двойку получать, - и все ему рассказал.
- Понятно, - говорит Лёшка. - Ладно, выручу я тебя. Тащи сюда свою тетрадку, я напишу, а утром заберешь.
- А ты сумеешь? - обрадовался Дима.
- А чего там уметь, дело нехитрое.
- Хорошо! - говорит Дима, а сам думает: ладно, пусть напишет хоть что-нибудь, лишь бы двойку не поставили.
Принес он Лёшке свою тетрадку и сушку с маком, Лёшка их очень любил.
- Только постарайся покрупнее писать, - попросил он Лёшку. - А то учительница без микроскопа не прочитает.
- Не бойся, все нормально будет, - успокоил его Лёшка. - Завтра сюда же приходи.
Утром забрал Дима тетрадку, сказал Лёшке "спасибо" и в школу побежал. Бежит и думает: надо бы хоть посмотреть, что там Лёшка написал - вдруг ошибок наляпал? Но проверить он так и не успел: только урок начался, как учительница Наталья Константиновна спрашивает у ребят:
- Сочинение все написали?
- Все! - отвечают ребята хором.
- Вот и молодцы. Сдавайте тетрадки, сейчас мы и послушаем, как вы лето провели.
Собрала она тетрадки у ребят, взяла первую, а это была как раз Димы тетрадь. Раскрыла и начала читать вслух:
- Это лето я провел весело и интересно. Ещё весной я раздобыл классный роликовый ботинок. А тот пацан, который потом этот ботинок долго искал, сам виноват - нечего оставлять свои ролики, где попало...
Учительница перестала читать и очень внимательно посмотрела на Диму. Дима начал быстро розоветь.
- Этот ботинок я разобрал, - продолжила читать Наталья Константиновна, - колеса оставил себе, а сам ботинок подарил на день рожденья другу Вовке. Он так обрадовался!
- Какой еще ботинок ты мне подарил?! - возмутился Вовка Зюкин, сосед Димы по парте. - Ты мне ремень подарил, ковбойский - забыл, что ли?
- Вовка верх от ботинка отпилил, низ кое-где заклеил, и получилась классная лодка, мы потом в ней в пруду плавали, - растерянно прочитала учительница.
- Дима, ты не заболел? - обеспокоенно спросила она.
Уши у Димы уже полыхали, как помидорные ломтики. Он то вскидывал на учительницу несчастные глаза, то низко опускал голову, будто что-то рассматривая под партой. Класс притих. И в полной тишине звучала странная история:
- А колеса от ботинка мне для дела нужны были. У меня в подвале давно одна машина стоит. Хорошая машина, типа джипа. Только колеса плохие, пластмассовые. Когда на ней едешь - трясет сильно. А эти колеса - самое то, резиновые. И вот я эти колеса на машину поставил и гонял на ней! Правда, батарейки быстро садятся, их в Китае, наверное, делают, батарейки эти. Но ничего, мне батарейки друг Женька таскает, он живет на рынке, в магазине со всякой электроникой, там этих батареек навалом. Я, когда эту машину нашел, ее к себе в подвал загнал. Потом слышу: кто-то бегает и всех спрашивает насчет желтой машины - мол, никто не видел? Ну, я так подумал: еще увидит мою машину и подумает, что это его. Так я её на всякий случай синим фломастером перекрасил, чтобы тот пацан не огорчался, если вдруг увидит...
- Димка! - завопил с "Камчатки" Генка Петухов. - Так это ты мою машину стырил, что ли?! Я ж ее обыскался, весь двор облазил! Во ты даешь!
- Да нет же! - бедный Димка чуть не плакал. - Это... - и прикусил язык. А что сказать? Что не он писал? А кто тогда?
- Дима, дальше читать? - осторожно спросила учительница.
- Да! - хором завопил класс. Таких сочинений никто еще не слышал.
Учительница покачала головой, еще раз глянула на каменно замолчавшего Диму и продолжила чтение:
- И вот мы с Вовкой и Женькой один раз ночью сели в эту машину, прицепили сзади эту лодку из ботинка и поехали на пруд - там у одной знакомой русалки был день рожденья, и она нас пригласила...
- Во дает, - выдохнул Генка. На него зашикали.
- Ну что. Приехали, повеселились. Потом я Галку и Маринку (это русалки, значит) повез в машине вокруг пруда катать, а Вовка с Женькой решили лодку свою испытать. Спихнули ее в воду, сели, поплыли. Сначала все нормально было, а потом они веслом лягушку задели нечаянно. И вот эта лягушка лапами как бултыхнет! И лодку перевернула. Вовка с Женькой как заорут! Плавать-то они не умеют, моряки с дырявого корыта. Ну, их Маринкина мама быстро вытащила, а потом еще и шлепнула по разу, чтоб не лезли, куда не надо. А потом еще много чего интересного было, только мне писать уже надоело, я так думаю, с тебя и этого хватит... Дима... - пролепетала Наталья Константиновна. - Это ты мне такое пишешь?! Своей учительнице?!
- Во круто! - восхищенно вздохнули на "Камчатке".
А Дима от стыда стал уже не просто красный, а какой-то фиолетовый. Он что-то пробормотал, выбрался из-за парты и кинулся вон из класса. Класс загудел, как улей. Наталья Константиновна не знала, что и сказать, и безуспешно пыталась успокоить ребят. А в самом конце урока дверь класса приоткрылась, и в класс вошел маленький мальчишка. Он спокойно прошел к учительскому столу и спросил:
- Это вы Димкина учительница?
- Я... - растерянно ответила Наталья Константиновна. - А ты кто?
- А я - Лёшка. Домовой. Я Димкин друг. Вы ему за сочинение двойку поставили, да?
- Да ничего я еще не поставила!
- А чего он тогда такой прибежал, будто за ним стадо слонов гонится? - строго спросил мальчишка. - Сидит и ревет! И со мной разговаривать не хочет. Разве можно так человека доводить?
- Вот что, - взяла себя в руки учительница, - иди-ка ты, дружок, вот сюда, а то у моих учеников скоро шеи как у жирафов вытянутся, - и она поставила его на свой стол. - Так, а теперь расскажи все по порядку, может быть, мы что-нибудь и поймем.
- А что рассказывать? Ну, помог я Димке маленько сочинение написать, жалко что ли? А если вам оно не понравилось, так ставьте двойку мне, а он потом сам напишет.
- Значит, тебе двойку поставить? А куда? Дневник у тебя есть? Ты вообще где учишься?
- Вообще-то нигде, - немного смутился Лёшка. - Меня Дима учит.
- И как мне быть?
- Ну, если без дневника никак нельзя... Ладно, берите меня к себе в класс, давайте дневник и сразу двойку в нем рисуйте, - решительно проговорил мальчишка.
- Ну, конечно, "берите к себе в класс"! Мало мне своих хулиганов, так еще и домовые появятся. У меня тогда вообще не класс будет, а обезьянник.
Тут ребята дружно завопили, что обезьянника не будет, а наоборот, будет самый примерный и дисциплинированный класс, прямо гордость школы. И Лёшка будет не хулиган, а самый что ни на есть отличник, они ему все помогут. Наталья Константиновна повздыхала-повздыхала и согласилась.
И теперь Лёшка ходит в школу вместе с Димой (точнее, ездит в его портфеле), сидит с ним за одной партой (точнее, на его парте, за маленьким столиком) и учится не хуже других ребят. Правда, его тетрадки учительнице приходится проверять с лупой. Зато он мастер золотые руки, и умеет быстро все починить - хоть выключатель, хоть микроскоп, и Наталья Константиновна им не нахвалится. Вот так!

© Bambarbiya

Ленкины волосы

Решил я друзья телек себе купить плазменный. И вот сижу на работе, хлебаю чай и вспоминаю, как жизнь мне непринуждённо так намекнула, что я босяк ёбаный, когда я на цену этого аппарата взглянул. И захотелось мне деньжат по-лёгкому срубить, чтоб значит купить себе это креативное изобретение узкоглазых учёных. В поисках идей светлых начал я озираться по сторонам и тут мой взгляд упирается в заголовок, в небрежно оставленной кем-то газете «Куплю волосы нах. Дорого». Перед глазами, как раз брокер наша Ленчик мимо продефилировала, покачивая булками сорок кило каждая. Я как глянул на её мозговарку, ёбт и обомлел. Волос на башке как звьозд на небосклоне. Густые суки такие, чорные как у мрачножопых афроамериканцев и спускаются самой жирной жопы. Растит, наверное, чтоб прикрывать свою нелицеприятную духовку. Такими волосами зашибить можно, если например орудие, какое ёбаное из них соорудить. Там аркан или кистень. Я, не допив чай, кинулся звонить по указанному в прессе номеру.
- Почем волос берёте. – Не дождавшись, примитивного «алло» тихо спросил я.
- Семьсот долларов килограмм. – Удивлённо ответили мне. Я положил трубку. Перед глазами всё поплыло. Семьсот баксов. За кило этого хранилища перхоти. Ебануца. Я с любовью посмотрел на щелкающую калькулятором Лену и радостно вышел в коридор.
«Семьсот баксов. А на ней там, наверное, полтаруха кило висит. Штука баксов». Разговора о том, что Лена эта ёбаная, добровольно острижётся и подарит мне свою волосню не было. Оставалось два способа. Убить её нахуй или напоить вусмерть. Конечно, я эту жирную стервозную пизду с удовольствием отоварил бы ржавой трубой ради телека, но намедни где-то вычитал, что за убийство в нашей конченой стране могут кинуть в темницу сырую. Нахуй. Я схватил календарь и тупо уставился в него. До восьмого марта 5 дней. Лена наверняка, тварь ёбаная, нахуяриться в лепёшку, а там срезать её шевелюру дело техники. Меня охватило нетерпение. Надо подготовиться.

8 марта, как всегда сопровождалось обычным долбоебизмом. Поздравляю дорогая, хуё-маё. Короче еле дотерпел до вечера, когда всё наше офисное бандформирование начало хуярить водку из заказанной цистерны. Сам я не квасил. Въебал только для смелости 500 грамм и нервно проверил ножницы в правом кармане, а пакетик в левом. Лена сидела рядом и хуярила по плану. Я нежно пригладил ей волосы и плеснул в стакан.
- Пей цыплёнок. – Лена улыбнулась мне и с хрюканьем очистила ёмкость.
Хоть напоминала она мне гиппопотама, отступать некуда. Плазменник в магазе я уже заказал. Самсунг блять.
Короче хоть и читал я, что в этом деле главное терпение или как там это называется бля, но терпеть уже не было сил. На мой взгляд, клиент созрел. Бутылку Лена всадила точно. Хотя её 130 кило могли легко горилку растворить среди жира. Риск блять, как он есть. Я наклонился к Лене и отодвинул аккуратно прядь волос от свинячьего уха.
- Пошли Ленчик покурим, чоли?
Лена соскочила с табуретки и потрусила на выход. На улице стояла толпа и шмалила. Я тяжело вздохнул и опустил глаза. Прямо под ногами на земле лежал мой самсунг.
- Пошли чоль уединимся. Людно тут. – Промямлил я.
Лена радостно гикнула и транспортировалась за здание в сторону кустов.
- А ты давно на меня запал? – Спросила она и опустилась на колени.
- Давно. – Вздохнул я и опять потрогал ножницы в кармане. К вечеру заметно похолодало. Звёзды на небе мерцали. «Мороз, наверное, будет» - сообразил я. Потекли монотонные минуты ожидания. Я чтобы убить время поковырялся в носу и покурил. Лена внизу похрюкивала от натуги. Так мы, развлекаясь каждый по-своему, простояли минут пять. Затем Лена встала с колен.
- Теперь ты меня. – И стала раком. Я ожил. Нужная позиция.
Я достал заготовленный гондон и натянул его на шлагбаум. Затем поставил Лену на четвереньки и влупил. Пока Лена извивалась и чота там пьяно кряхтела, я делал своё нехитрое дело. Достал ножницы и открыл пакет. Затем схватил волосы и начал типа в порыве страсти их наматывать на кулак. Пару раз запутался сцуко в её дебрях и чуть не спалился когда потянулся, а у меня перец чёто выскочил и в Ленкин говнопровод непроизвольно начал залазить. Она сцука дёрнулась с перепугу, что я ей глину несанкционированно замешу в анусе, так я еле удержал её тушку от конвульсий и опять ввёл кочан в нужное отверстие.
Короче намаявшись и прикинув, что намотанной волосни на телек хватит, я решил срезать и занёс руку с орудием. И тут меня сцуко похлопали по плечу. Хрен выскочил и опять воткнулся в Ленину необъятную сраку. Та снова начала дёргаться сука, спасая шоколадку. Я обернулся. Сзади маячил Андрюха с транспортного. Пьяный в сисечку.
- Лёха. – Обратился он.
- Пиздуй Андрюха.
- Лёхааааа бляяяя.
- Иди бля баран. Я занят.
- Лёхааааа.
Я опять всадил Лене. Подёргавшись для приличия, я одним махом срезал её шевелюру и пихнул в пакет. Вроде не заметила. Продолжая ебать я схватил за грудки продолжавшего базарить с луной Андрюху. Затем выдал ему гандон и показал, куда надо вставлять. Андрюха оживился и снял штаны. Я постоял пару минут, глядя, как извивается парочка, затем сунул ножницы Андрюхе в карман. Дома я развернул с любовью газету и нежно погладил Ленкины волосы.

- Тебе идёт новая причёска. – Поздоровался я с Леной в понедельник и деловито сел на своё место. Затем налил чаю, открыл инструкцию и погрузился в сложные технические дебри плазменного чуда.

© Седьмой лесничий

Кого и как палили во время мастурбации, приколы с форумов

В школьные годы дрочил на ночь прям в кровати, а когда кончал то перекатывался на живот так, чтобы кончить между кроватью и стенкой. Ясное дело и на обои попадал и под кроватью на полу целая лужа засохшая насобиралась. Поехал летом в пионерский лагерь, возвращаюсь - а родители в моей комнате ремонт делают, кровать сдвинута, обои переклеили уже, а на полу видно, что засохшую лужу отодрали , пол вытерли )) С тех пор я конечно дрочит не бросил, но за кровать не кончал....


Меня тоже оди раз засекли. Было мне лет 13-14. Помню, посмотрел я тогда фильм в кинотеатре "Жикина династия", тогда считавшийся чуть ли не порнухой, а сейчас и эротикой его сложно назвать. Так вот возбуждение было неимоверное после фильма. Ехал домой и все время думал, где бы кончить. Вышел на своей остановке, а через дорогу яблоневый сад. Ну я зашел, расстегнул ширинку, достал болт и начал наяривать. А тут тетка откуда ни возьмись, стала ойкать, на меня наезжать. По-моему, даже кончить не успел, быстренько затегнулся и бежать. Перепугался страшно.


Решил пойти на нудисткий пляж. Попути наткнулся на загарающую пару. Главное лежала девушка на животике рядом с парнем и они загарали.Сильно возбудясь начал искать место,где можно было подрочить.Напротив была железная лестница,идущая в гору,вокруг густые деревья.Я по ней взобрался до определённой высоты,сошёл с неё на тропику,присел и начал дрочить.Вдруг смотрю какой-то чувак тоже взбирается по этой лестнице,смотря на эту пару.Поравнявшись со мной и увидев меня он начал ругань со мной,якобы что я здесь делаю.Я быстро слез с этой лестницы и пошёл домой.Не знаю что он делал потом,но моё настроение было сильно изгажено.
>> вот урод он! Надо было ему по репе дать - завоевать так сказать территрорию для дрочки а потом пометить ее


один раз меня поймали но я уже кончал и в самый момент дверь открывается а я голый от неожиданности побежал сперма в разные стороны да неприятно было


один раз тоже лет так в 15-16 пропалила молоденькая мамаша с ребятенком - через небольшой лесок (че то среднее между лесом и парком) шел и у места какого-то пикничка увидел газету, которая была открыта на странице с фотками обнаженных теток. Кровь сразу прилила понятно куда и отливать не хотела. Отошел в сторону от дороги, хотя и по ней никто и не шел, оглянулся по сторонам - никого, присел, расстегнул ширинку и достал член. И что-то на свежем воздухе так побарабану на происходящее рядом стало, что я выпрямился в полный рост, оперся на срубленное дерево рядом одной рукой и продолжил дрочить. И дрочу-дрочу на фотки ведь, а потом как поднял взгляд в сторону - на меня молоденькая мамаша обалдевши стоит и смотрит. Она с дитем чернички пособирать неподалеку решила. Вот уж не знаю, когда она меня в таком виде заприметила, но увидев, что я засек, срочно юркнула в кусты черники. Я сконфуженный, в срочном порядке застегнулся и на хрен помчался из леса, попутно встречая еще каких-то людей. Меня за этим занятием они уж точно не видели но тогда в голове мысль была, что меня засекли все, да и непонятно - не было не было никого, а тут набежали


А вот ещё случай вспомнил(тока не ругайтеся сильно...)есть у меня родственница, племянница жены, ей тода правда лет 15-16 было,вобщем дрочил я както на её трусики (ага, я и такое люблю...), надел их на башку и так прибалдел, что неуслышал как дверь открылась, а на порге племяшка нарисовалась, я тока и успел трусики с головы снять, и заорать чтоб не входила


Сижу как то ночью. Часа три. порнушку зыбаю. шлифую на малых оборотах. Слышу сзади дверь открывается . от неожиданности резко рукой дёрнул и по клаве грохнул. Оказывается собака зашла в комнаиту. А мама с батей в соселней комнате слышу переговариваются. "Дрочит что ли"? Но вида никогда не подавали и не в чём не упрекали.


Самый прикольный случай - рано утром шел прямо по Цветному бульвару без трусов и дрочил! Мент пытался поймать - не догнал!
>> Т.е. ты во время бега еще умудрялся дрочить?


Мастурбировал в метро, запалила бабка - разоралась на весь вагон, а член стоял и в штаны не залезал гад...( Кстате родители не палили не разу


лет в 12 любил лёжа на животе тереться членом об одеяло или ковёр.и вот однажды так дрочил на балконе...и вдруг слышу стук в стекло из комнаты.смотрю бабуля моя грозит мне пальчиком.я открыл дверь,а она типа "нельзя,это плохо"Было стыдно,но она никому не сказала и больше не вспоминала))


меня часто палит собака, сразу набрасывается, хочет принять участие. но я жестоко пресекаю это - бью ее ногой


Мать палила, несколько раз, один раз когда в ваной сидел дрочил (лет 12-13 мне было) с ее трусиками на лице. Хорошо что бате ничего не сказала. Адреналину было пипец...


палили меня как то, причем с чем, дрочил я как-то лет в 14-15 по ночам и кончал в маленькую коробочку(чтоб следов ни где не обнаружилось). И ставил я эту коробочку за кровать чтоб ни кто не увидел. Свою комнату я тогда привык сам убирать, пыль и т.п. Так получилось, меня отправили в магазин а сестру мать попросила убрать комнату, прихожу домой а там они в двоем подходят и спрашивают "что это?". Ох и красный я был.



Тема: Писаете ли вы в бассейне
Лично я всегда писаю. Обычно стоя у бортика. При этом смотрю, чтобы пузырики не были видны на поверхности воды, а то какая-нибудь блондинка с накаченными силионом губами не клюнет на меня вечером в баре


специально подплываю к человеку, который не правильно на меня посмотрел, напрудю около...и отплываю
зы - а вообще в бассейны я не ходок. была наверное 1 раз- не понравилось


сейчас когда чел ссыт в воду - вокруг него вода сразу приобретает синий или еще какой цевт и его с позором выгоняют. сам видел.
>>С позором - это как? Побивают камнями и улюлюкают?



Разное:
Главное дождаться пока комар напьётся крови и улетит, а не хлопать со всей дури по клитору, тогда вероятность неприятной припухлости сведётся к минимуму


Да, дети это полный пипец!
Помню одну историю. Приехал к друзьям на день рождения, у них мальчик годика четыре ему тогда было. Народу собралось человек 10-12 вместе с родителями жены именинника. Так вот сидим за столом имениннику здоровья и счастья желаем и только по очередной дозе "здоровья" налили, заходит в комнату это "чадо" а на голове у него натянут резиновый трусняк с членом. Я как это "буратино" увидел, чуть не здох от смеха. Сцена была еще та!


Ну ты так тихо мирно начни делать массаж а потом скажи " Ты классная баба я классный мужик давай может я тебя в попку ужалю ?" Так вот...


Надуваю себя воздухом обычным насосом.Если прикинуть то литров семь
закачивается реально,но больше уже не возможно,кажется вот-вот кишки лопнут.Правда,однажды воздух начал выходить отрыжкой,так и качаешь в
зад,а он через рот выходит,даже устал.Смешно.
Возбуждение от этого-очень сильное,а сексом заниматься с надутым животом,пусть даже слегка,гораздо приятнее.Пробовали?
Не знаю как уговорить подругу её надуть хотя-б немножко.Не поймёт.
Мечтаю о том,что-бы кто-то зажал меня в тихом переулке,воткнул шланг в задний проход и начал накачивать до предела,сыграть бы в такую игру!

Пластмассовая жизнь

Не экране снова крутилась социальная реклама. «Боже, как я это ненавижу», — подумала Матильда.
— Фергал, — позвала она.
Фергал загрохотал в соседней комнате.
«Что-то опять опрокинул, ну и чёрт с ним».
Фергал появился в дверях.
— Фергал, садись.
Фергал уселся у её ног. Когда она попросила его сесть так впервые — примерно пять лет назад — он облокотился о её колено и чуть не сломал его. Впоследствии он стал гораздо осторожнее. Теперь он сел именно так, как нравилось ей. Его жёсткая кожаная рука, тёплая и уютная, обвила её лодыжку. Матильда откинулась назад.
— Ты знаешь, Фергал, тебя хотят отменить.
Он вопросительно поглядел на неё. В его стеклянных глазах не каждый смог бы прочесть выражение, но Матильда — могла.
— Он объявили, что последний срок легальной утилизации — 16 сентября.
Осталось два дня.
— Ничего, Фергал, мы выкрутимся. Правда?
Он кивнул, проводя рукой по её ноге.
— Напиши мне стихотворение, Фергал.
Она убрала звук. На экране безмолвно открывал рот Начальник 6-го департамента Кольвон. Она бы с удовольствием выключила эту мерзкую рожу, но за его выступлением должен был последовать интересный фильм. О любви, конечно.
Фергал держал в руке световое перо и палитру.
— Как всегда, — тихо сказал она.
Он кивнул.
«Моя любовь сильнее сумерек,
Сильнее боли и печали…» — начал он писать.
Матильда отвела глаза. Она видела эти стихи — не конкретно эти, но совершенно такие же — уже тысячу раз. Раньше она им радовалась. В последнее время она обнаружила, что ей становится больно.
Раздался звонок. Матильда протянула руку к телефону.
— Привет, Мати! — радостный голос.
— Привет, Аль.
Альма всегда весела. Замужем в четвёртый раз.
— Включи шестой канал.
Вот так: сразу по теме.
Матильда щёлкнула пультом. На экране появилось обрюзгшее лицо Господина Канцлера.
— И что?
— Послушай.
Матильда включила звук.
— …мы полагаем, — раздалось с экрана, — что такой шаг имеет смысл. На руках у людей остаётся более 70% изделий, подлежащих утилизации. Население не готово к добровольному изменению сложившейся жизни. Потому с завтрашнего дня…
Матильда выключила звук.
— Аль, расскажи мне это своими словами. Мне противно его слушать.
— Они отменяют крайний срок. С завтрашнего дня по домам просто пойдут специальные отряды.
— Но у людей ещё сотни вещей!..
— Хоть тысячи. Будут компенсировать стоимость. Конечно, с выгодой для себя.
Матильда щёлкнула кнопкой на пульте.
— ...надеюсь, что подобный шаг не будет воспринят населением враждебно. Мы полностью компенсируем стоимость всего изъятого имущества. Магазины полны аналогичными предметами без содержания экологически вредных веществ. Достаточно будет просто спуститься и приобрести их. Для каждого гражданина будет составлена индивидуальная опись...
Матильда выключила телевизор вовсе.
— Так что лучше сдай Фергала сама, — раздался голос из трубки. — Он опасен в первую очередь для тебя самой.
Матильда положила трубку, не прощаясь.
Фергал подал ей палитру.
Она посмотрела на стихотворение. Ничего особенного. Она отложила палитру в сторону и погладила Фергала по кожистой голове. Он потянулся, точно кошка. Он знал, что ей нравятся такие движения.
За окном было пасмурно. Тысячи людей спешили в утилизационные пункты, чтобы избавиться от экологически опасных предметов. Весь мир теперь будет состоять из дерева, металла и стекла. Как в старые добрые времена, когда не было никаких Фергалов. Впрочем, тогда не было даже электрических чайников, телевизоров, стиральных машин и калькуляторов.
Матильда поднялась и пошла на кухню. Фергал остался сидеть у дивана.
Блестящая металлическая кофеварка стала одним из первых предметов, которые Матильда заменила. Рекламная кампания, конечно, обманула. Новое изделие варило сомнительный кофе с ароматом металла. Ну и чёрт с ним, подумала тогда Матильда. И заменила почти всё остальное.
Кроме Фергала. Потому что Фергал — это не предмет.

* * *

Альма высунулась из окна по пояс. Из неё лилась сияющая энергия, как всегда после сеанса Учителя Лиу-Шу. Внизу, далеко-далеко, суетились крохотные людишки. Альме внезапно захотелось раздеться. Она аккуратно сняла блузку и юбку, затем бельё, и в таком виде забралась на подоконник. Высота не пугала Альму, а обнажённость — возбуждала. Ей казалось, что эти тысячи, мельтешащие внизу, могут её видеть. Но они не могли. Их убогие близорукие глаза не видели дальше носа.
Позади засвистел чайник. Новенький металлический чайник, полученный в обмен на старый пластиковый всего четыре дня назад. Альма соскочила с подоконника и побежала на кухню. Ей нравилось бегать по квартире вот так — свободной от всех оков.
Раздался звонок в дверь. Придётся одеться.
Альма на ходу выхватила из ванной комнаты халат, набросила на себя и подпоясалась. Почему-то ей подумалось, что за дверью сам Учитель Лио-Шу, седобородый, мудрый, с тяжёлой складкой на высоком лбу.
За дверью стояли двое мужчин в гражданском и один в защитном костюме с пистолетом на боку. У одного из мужчин в руках был какой-то реестр и ручка.
— Здравствуйте, — неуверенно поздоровалась Альма.
— Здравствуйте, — сказал мужчина с реестром. — Агенты Питерс, Бельфью и Краллич. Мисс Альма Ли?
— Да, это я.
— Служба искусственной утилизации экологически вредных предметов. Позвольте осмотреть вашу квартиру.
Альма отступила в сторону. С этими не поспоришь. Конечно, они не будут копаться в её нижнем белье, но крупные вещи могут обнаружить. Впрочем, искать нечего.
— Я всё обменяла, — сказала она.
Питерс деловито прошёл в гостиную, Бельфью в спальню. Третий — с пистолетом — остался с Альмой. Она направилась за Питерсом, Краллич — за ней.
Питерс бегло осмотрел комнату.
— Вы и в самом деле в числе наиболее активных участников программы обмена, — констатировал он. — У нас всё зафиксировано, не беспокойтесь. Наша задача — утилизировать то, о чём вы можете просто не знать.
Он пошёл в спальню. Бельфью стоял, облокотившись о комод.
— Покажите, пожалуйста, ваше бельё.
Альма посмотрела на него дикими глазами.
— Чаще всего оно синтетическое, — пояснил Питерс. — И люди регулярно забывают о нём.
Альме, конечно, было неприятно, но она выдвинула ящик с бельём из комода.
Питерс заглянул в ящик и сказал:
— Ну вот, видите, это синтетика.
Он аккуратно извлёк из ящик кружевные трусики.
Альма вышла из спальни. Ей стало противно смотреть, как взрослые мужики с оружием копаются в женском нижнем белье.
Питерс и Бельфью вышли из комнаты минут через пять. Краллич нёс небольшой полотняный мешок с вещами. Питерс подал Альме ручку.
— Распишитесь, пожалуйста. Мы не проводим подробного обыска сейчас, но подобный визит может повториться ещё несколько раз в течение ближайшего месяца.
— Просто вы занимаетесь бельём, — с презрением сказала Альма, расписываясь в ведомости.
— Да, именно так.
После того, как агенты ушли, Альма подумала, что не проверила у агентов документы. Возможно, это воры, фетишисты какие-нибудь. Впрочем, всё равно.
Альма вспомнила о трусиках, брошенных в гостиной у окна. Их не заметили.
В гостиной было холодно, Альма ощутила это только сейчас. Она села в кресло и заплакала от унижения.

* * *

Питерса тошнило от собственной работы. Он ненавидел копаться в чужих вещах, тем более, в белье. Кто-то конфисковывал электроприборы — конечно, с заменой. Кто-то — безделушки и украшения. А Питерсу досталась одежда. Самое унизительное.
Кроме всего прочего, район Питерса включал этот чёртов Дом Тысячи Дам. Когда-то он был построен на средства феминистской организации, и теперь в нём проживали, в основном, женщины. Конечно, не только женщины, но всё же. И у каждой находились какие-то нейлоновые трусики или кофточки, или ещё что-нибудь, что подлежало конфискации, и он, взрослый мужик, в этом рылся.
Питерс сдал вахту и вышел из конторы. Смеркалось.
Хотелось пойти и напиться. Бар располагался неподалёку, обычный ночной паб под названием «Игра в бисер», уютный и всегда полупустой.
Питерс зашагал вдоль квартала. Он вспомнил Матильду. Когда-то он сделал ей предложение. Где она теперь? Замужем? Нет?
Неужели к ней тоже приходят вот такие мужчины в чёрном, чтобы копаться в её нижнем белье?
Питерс отбросил грустные мысли, бар был уже рядом.
В «Игре» было прохладно и тихо. Лениво вращался вентилятор. Мексиканец Родриго у стойки читал бульварный роман. При виде Питерса Родриго вскочил и широко улыбнулся.
— Добрый вечер, мистер Питерс. Как обычно?
Питерс кивнул. Он бросил взгляд на обложку романа. Тот был на испанском. Питерс облокотился на стойку и вдруг поймал себя на мысли, что хочет позвонить Матильде. Он не разговаривал с ней четыре года. Или пять?
Появился Родриго с высоким стаканом. Питерс достал мобильный и набрал номер.
— Привет, — сказал он первым.
— Привет...а кто это? — тот самый голос.
— Это Джек.
Она помолчала.
— Привет.
— Я просто захотел тебе позвонить. Просто так.
— Ты позвонил.
— Мы можем встретиться?
Снова пауза.
Он не знал, что ещё сказать. Потому что он, в общем, уже всё сказал. Если она сейчас скажет «нет», это будет проще всего. Он просто скажет «пока» и положит трубку. Хуже всего, если она неестественным тоном предложит где-нибудь встретиться, например, в кафе «У Борки». Или ещё в каком-нибудь подобном местечке. Они будут сидеть, болтать ни о чём, он будет пожирать её глазами, а она будет смотреть в сторону. А потом они обнимутся на прощанье, делая вид, что остаются друзьями.
Остаться друзьями — невозможно.
— Заходи в гости, — вдруг сказал она.
— Сейчас? — спросил он ошеломлённо.
— Сейчас. Ты знаешь мой новый адрес?
— Нет.
Он не мог и надеяться. Четыре года — долгий срок. Питерс вдруг ощутил, как сильно он скучал по своей Матильде, по её гибкому телу, по её тёмным глазам, по...
— Ты слышишь меня?
— Да, — опомнился он.
— Записал адрес?
— Не успел.
— Повторяю: улица Картера, дом сто восемьдесят четыре, квартира четыреста восемнадцать.
— Запомнил.
— Жду.
Отбой, гудки. Питерс подумал, что она совсем ничего про него уже не знает, как и он про неё. Четыре года назад он ещё даже в Департаменте не служил. А теперь — Агент. С большой буквы. Агент, Конфискатор Белья. «Ненавижу», — подумал Питерс.

* * *

Альма, жизнерадостная и светлая Альма была абсолютно пьяна. Она спустилась в магазин, купила бутылку виски и выхлебала её, как «Пепси-колу», в два присеста. Она сидела на диване и смотрела на телефон, который, конечно, не звонил. Её шатало, хотелось в туалет, но идти туда было лень.
Ей было хорошо, но она понимала, что через пару часов ей будет очень плохо. Учитель Лиу-Шу казался ей сейчас далёким и бесполезным старикашкой.
Она протянула руку к телефону и щёлкнула быстрым набором номера Матильды.
— Алло, — раздался звонкий голос подруги.
— Привет.
— Аль?
— Да.
— Что у тебя с голосом?
— Я пьяна, — призналась Альма. — Я выжрала бутылку виски.
— Зачем? — в голосе Матильды появился оттенок ужаса.
— Ко мне приходили агенты. Они конфисковали моё нижнее бельё. Представляешь, до чего они опустились? Они копались в моём нижнем белье!
— Синтетика?
— А, что? — она плохо соображала. — Да, синтетика.
— Не волнуйся, всё будет хорошо, — сказала Матильда. — Ты же сама меня утешала. Бельё — это мелочи. У меня живёт здоровый пластиковый робот. Он мой друг. Это гораздо страшнее белья.
— Да, — ответила Альма. Она рыдала.
— Ну, не плачь.
Голос Матильды был холоден. Альма положила трубку.

* * *

Матильда открыла дверь почти сразу. Она сама не знала, почему вдруг предложила Питерсу прийти. Они столько времени не виделись, что все чувства давно должны были успокоиться. А Джек, кажется, не утих. Сейчас он войдёт с цветами, и они будут пить вино, и он почувствует, что можно уже и настаивать, и они займутся сексом. И разойдутся, чтобы снова не видеться тысячу лет.
— Привет.
Он и в самом деле стоял на пороге с цветами и вином. С огромным букетом роз, дорогим букетом, и с бутылкой вина. Дорогого вина.
— Входи.
До чего же ты неоригинален, Джек.
Он вошёл, потоптался, она забрала цветы и вино, пробормотав дежурное «спасибо», он разулся.
Он прошёл в комнату.
— Садись.
Он сел на диван.
— Ну, как дела? — спросил он неуклюже.
— Хорошо, — она подала ему бутылку и штопор, поставила на стол стаканы.
Он открыл бутылку, налил ей и себе. Они молчали.
Матильда ждала, когда же он что-либо скажет. Впрочем, это она пригласила его. Может, стоит что-нибудь сказать самой?
— Ты живёшь одна?
— Да.
Нет, я живу не одна. У меня есть Фергал. Но, наверное, тебе не стоит на него смотреть. Он сочиняет стихи. Он услужлив, ловок и умён. Он всегда точно знает, что делать. Он гораздо лучше любого мужчины.
— Не совсем, — добавила она.
Он наклонил голову.
— У меня есть робот.
— Домашний робот?
— Да.
— Запрещённый?
Ты же знаешь, что запрещённый. Она кивнула.
— Можно на него посмотреть?
Она снова кивнула.
Фергал явился по первому зову. Изящный, в кожаном жилете. На его пластиковом лице — никаких эмоций.
Питерс смотрел на робота. Он думал, эти машины уже полностью утилизированы. Как получилось, что Матильда сумела сохранить прибор, который запрещён уже пять лет? И почему Матильда так легко показала ему робота? Конечно, она не знала, что он агент. И ещё — она доверяла ему.
Вправе ли он?...
Эта штука запрещена. Эта штука. Запрещена.
— Я выйду на секунду?
— Конечно?
Карьера превыше всего.

* * *

Они приехали через пятнадцать минут. Четыре человека с шокерами. Они позвонили в дверь, и Матильда открыла, потому что ничего другого делать не оставалось. Она смотрела на них с ненавистью. Но ещё с большей ненавистью смотрела она на него.
«Карьера превыше всего. Да, Джек? Поэтому мы и расстались».
«Почему же ты вместо руководящего поста копаешься в грязном белье?»
Больше не буду.
— Где он?
— Там.
Они прошли в комнату. Фергал сидел на диване, продавливая его своим весом.
Увидев агентов, он молниеносно вскочил и одним движением оказался у окна. Агент рванулся к роботу. Фергал распахнул раму и бросился вниз.
Матильда улыбалась. Он был запрограммирован на это. Матильда покорно ожидала, пока на неё наденут наручники. Укрывание домашнего робота – это серьёзно. Питерс стоял у окна и смотрел в пустоту.
«Пластик, — думал он. — Это мир погибшего пластика».
Мы все пластиковые. Мы не имеем эмоций. Мы можем продать друга и брата. Мы можем сделать подлость. Правильно. Экологическая безопасность — только предлог. Главное — в головах.
Он обернулся. Матильду вывели. В квартире он оставался один.
Агент Питерс, ждущий повышения за поимку опасной преступницы.

* * *

Альма смотрела в окно. Она была обнажена. Где-то напротив в далёком огромном здании светились окна. Одно из них принадлежало Матильде. Она счастлива. У неё есть Фергал.
Альма встала на подоконник и полетела в темноту.
За её спиной развернулись пластиковые крылья.

©Тим Скоренко
http://www.timopheus.na.by

Магический кристалл

Зимой, в день моего рождения, мне подарили "Экосферу". Говорят, что производят ее уже лет пятнадцать, но для меня "Экосфера" была открытием. Она представляет собой стеклянный шар, наполненный на две трети водой. Внутри несколько креветок, пара мертвых кораллов и водоросли. И все это в стеклянном, герметично закрытом шаре. Креветки питаются водорослями, поглощают кислород и выделяют углекислый газ. Несколько видов бактерий поглощают отходы жизнедеятельности креветок и также выделяют углекислый газ, который перерабатывается водорослями. Водоросли же обогащают кислородом пространство вокруг себя, растут и продолжают давать пищу креветкам. Идеальная модель замкнутой системы, способная к жизни. При правильном уходе, "Экосфера "проживет" 3-4 года, объяснили мне.

Я долго не мог понять, нравиться ли мне эта затея. Во всяком случае, она проста и она работает. Иногда мне казался интересным этот маленький мирок и я рассматривал его. Иногда же я задумывался над жизнью внутри сферы и мне становилось душно. Летом все разрешилось само по себе. Как то, уже особо не задумываясь, я взял шар с собой на море. Прогулявшись по побережью, я выбрал скалистое место вдали от отдыхающих, сел на скалистый мыс, выступающий далеко в море и разбил стеклянный шар. Пусть креветки с водорослями доживают свой век на свободе.

Часть 2

Ардерен стоял среди группы подростков на сцене огромного зала. Он то и дело вытирал потеющие от волнения ладони. Сейчас будет объявлен победитель конкурса юных гениев. Ардерен не особо задумывался о деньгах, которые он сможет заработать, победив в этом конкурсе. Один из пунктов награждения победителя, а именно: "контракт с крупнейшим производителем сувениров", сулил множество материальных благ, но в силу молодости Ардерена он был для него понятием довольно-таки абстрактным. Гораздо более волнующим был бы факт победы, признание его детища, созданного его умом и его же руками, лучшим.

- Итак! Пришло время подведения итогов! - торжественно прокричал конферансье. Ардерен почувствовал, как его руки задрожали мелкой дрожью, стеклянный шар, его сокровище, чуть было не выскользнул из его ладоней.

- По всеобщему убеждению!... По мнению также, спонсора конкурса, корпорации "Сурпрайс-Глобал"!!! - конферансье тянул с объявлением имени задорно окидывая взглядом всех присутствующих в зале. Вспышки фотоаппаратов из зала участились и постепенно слились в один огромный огненный шар.

- Является! Юный гений, поразивший всех своим изобретением! Молодой человек по имени - Гирт! Создатель "Экосферы"!!! - конферансье зааплодировал, но зал и без того взорвался рукоплесканиями.
Гирт, имя которого назвали был растерян. Все, на что его хватило - это сделать несколько шагов вперед, навстречу налетевшим фоторепортерам и журналистам. Всего несколько шагов, но эти несколько шагов отделили его непреодолимой пропастью от его сверстников, от Ардерена, который так жаждал победы, а сейчас стоял, проклиная себя за то, что вообще согласился участвовать в этом конкурсе.

По дороге домой Ардерен сначала молчал. Отец вел машину и старался как мог его утешить, говоря стандартные фразы о том, как с достоинством нужно принимать поражение. Ардерен поначалу отвечал односложно. потом же его прорвало:

-- Пап, ну пойми, Гирт не создал ничего гениального! Это же так просто! Всего несколько креветок, водорослей и простейший математический подсчет! "Экосфера"! Да я такую экосферу еще в детском саду смастерить бы смог! Разве можно это сравнить с моим "Магическим кристаллом"? Который живет и развивается? Который меняется изо дня в день!

Его отец только пожимал плечами, он простой рабочий, не знал даже основ биологии. Единственная его заслуга была та, что он не отрицал гениальности сына, хотя и настаивал на получении, в первую очередь, рабочей специальности.

-- Ведь они даже не захотели рассмотреть его под микроскопом! Как они могли понять, что экосфера лучше? Это нечестно! - продолжал Ардерен, отец же поддакивал и продолжал пожимать плечами.

***

-- Простите, вам кого? - перед Ардереном стояли двое в одинаковых костюмах. Один из них показал удостоверение. "Агент класса А, СБ Планеты" - успел прочитать он и тут же сделал шаг в сторону. Агент класса А! Он только фильмы про них видел, самая серьезная организация в мире, класс А означал, что агент обладает неограниченными полномочиями, ходили слухи - даже лицензией на убийство. На их пути становиться было нельзя. Что им могло здесь понадобиться?

-- Кто-то из взрослых дома есть? - деловито поинтересовался один из агентов, второй уже прошел в квартиру и начал деловито изучать обстановку.

-- Кто там, сынок? - мать выглянула в корридор, Ардерен ткнул пальцем в посетителей.

-- Вы его мать?

-- Да, а что случилось?

-- Мы должны поговорить с Вами и Вашим супругом, - голос агента звучал как голос человека, который даже не знает, что такое отказ.

-- Наедине, - добавил второй, - мальчик пусть подождет в своей комнате.

-- Ардерен, ты слышал? - мать показала взглядом на его комнату.

***

Уже часа два он сидел у себя в комнате рассматривая свой "Магический кристалл". После поражения на конкурсе, тот не интересовал его уже так сильно, как раньше. Сегодня же и вообще с ним что-то случилось. Живые существа в шаре (Ардерену почему-то очень хотелось считать, что они наделены интеллектом) развернули какую-то особо активную деятельность. Что-то необъяснимое происходило в их жизнедеятельности. Ардерену очень хотелось знать, о чем говорят его родители с агентами СБ, но с кухни до него доносились только отдельные фразы: "в данном случае мы ничего не решаем, мы всего лишь...", "в интересах ученых, состоящих на службе СБ", "считают ... непревзойденным гением..", "эта работа одна из самых высокооплачиваемых в стране".

-- Ардерен! Ардерен! - он услышал как мать зовет его и опрометью бросился на кухню. Отец сидел приосанившийся и гордый с агентами за столом, мать же стояла рядом.

-- Присядете? - предложил ему один из агентов как взрослому.

-- Нет, нет, спасибо.

-- Родители говорят, что вы всерьез увлекаетесь наукой? Вы готовы представить Ваш " Магический кристалл" нашим ученым?

-- Ну это же так, игрушка, - Ардерен был крайне растерян.

-- Молодой человек, я уже говорил Вашим родителям, что я всего лишь исполнитель и не ученый, все что я знаю, это то что Ваши открытия при создании кристалла заинтересовали наших ученых. Они просят взять Вас на работу, причем Вам будет предоставлена отдельная лаборатория. О финансовой стороне мы уже сообщили Вашим родителям, - мать вместе с отцом дружно закивали головами, - Вас это интересует?

-- Конечно его интересует! - поспешил ответить отец, Ардерен только растеряно кивнул. Уж очень неожиданно пришло признание его гениальности.

-- Вы можете явиться, принеся с собой "Магический кристалл", во Всемирную Лабораторию через восемь дней?

Ардерен опять кивнул.

-- Вот и отлично! - агенты как по команде встали и начали прощаться. Родители попеременно жали им руки, мать вытирала слезы радости и тихо причитала: "О боже мой, мой сынок." Ардерен вдруг вспомнил о развивающихся событиях в его шаре, признанном гениальным изобретением, и поспешил к себе в комнату. Шар внутри стеклянной сферы не был больше голубым. Ардерен бросился к микроскопу. Грибки из черного дыма покрывали почти всю поверхность, рассмотреть что-либо было невозможно. Постепенно дым начал рассеиваться, шар в самом деле не был больше голубым. Судя по увиденному можно было понять, что что-то случилось. Что-то вызвало массу взрывов и стеро все живое с поверхности шарика, находящегося с стеклянной сфере. Ардереном на мгновение овладела паника, обрывки разговора с агентами вспыхивали искорками у него в голове. "Отдельная лаборатория", "явиться через восемь дней", "заинтересовались". Так стоп! Восемь дней! За восемь дней можно успеть! Ардерен еще раз бросил взгляд на умерший "Магический кристалл", потом начал судорожно подсчитывать что-то в уме. Затем полез в свои записи и, когда нашел нужные страницы, лицо его просияло. Конечно можно успеть! Ведь на создание первого он потратил всего-навсего шесть дней! Даже меньше недели...

© IKTORN